Презумпция вины должника в нарушении обязательства: разъяснения ВС РФ

Презумпция вины должника в нарушении обязательства: разъяснения ВС РФ

Андрей Гордеев / Ведомости

Верховный суд дал разъяснения по вопросам, возникающим у судов в связи с применением противоэпидемических мер.

Обзор судебной практики (опубликован на сайте суда) содержит ответы на 26 вопросов, в том числе о порядке исчисления и восстановления процессуальных сроков, а также сроков исковой давности, вопросов исполнения обязательств и возможности признания ограничительных мер обстоятельствами непреодолимой силы.

Ответил Верховный суд и на вопросы о применении новых составов преступлений и административных правонарушений, таких как уголовная ответственность за распространение фальшивых новостей об эпидемии и штрафов за нарушение режима самоизоляции.

Суды не должны наказывать по ст. 6.3 КоАП (нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, штраф – от 15 000 до 40 000 руб.

) людей, которые отошли от места проживания слишком далеко, или находились на улице без веской причины, или еще каким-то образом нарушили установленные местными властями правила поведения при введении режима повышенной готовности. Как следует из разъяснений Верховного суда, за это полагается наказание по ст. 20.6.1 КоАП (штраф – от 1000 до 30 000 руб.).

Наказанию по более суровой ст. 6.3 КоАП подлежат люди с подозрением на коронавирусную инфекцию или контактировавшие с ними и нарушившие предписание санитарного врача, которое всегда выписывается конкретному человеку. Такое разграничение между видами наказания не раз обозначали эксперты, однако судебная практика в регионах шла по разному пути.

Так, суды в Москве оштрафовали уже несколько десятков человек по ст. 6.3 КоАП за то, что те «без необходимости и в отсутствие оснований» находились на улице на расстоянии более 100 м от места проживания.

За ложные новости о коронавирусной эпидемии нельзя наказывать, если их распространили до 1 апреля.

Лицо не может быть привлечено к ответственности за распространение заведомо ложной информации о пандемии COVID-19, если это действие совершено до 1 апреля 2020 г., когда вступили в силу соответствующие поправки в Уголовный кодекс (УК), разъяснил Верховный суд.

Если же распространение заведомо ложной информации было начато до 1 апреля и продолжалось после, то уголовно наказуемыми могут быть признаны только те действия, которые были совершены после 1 апреля.

При этом обязательным условием для привлечения к ответственности является наступление общественно опасных последствий, состоящих в причинной связи с такими действиями, следует из разъяснений суда.

Верховный суд фактически подтвердил свой подход к определению сроков давности по делам о распространении информации, говорит юрист «Агоры» Дамир Гайнутдинов.

Ранее, анализируя практику по делам об экстремизме, Верховный суд разъяснил, что срок давности по ним начинается с момента публикации и преступление считается оконченным в момент распространения сведений.

Однако проблема в том, что статья УК, предусматривающая ответственность за распространение фальшивых новостей, почти не отличима от административного состава о злоупотреблении свободой массовой информации. А вот по срокам окончания правонарушения в ст. 13.

15 КоАП Верховный суд пока никак не высказывался, констатирует Гайнутдинов. Практика же пошла по тому пути, что по этой статье привлекают даже за публикации многолетней давности.

То есть если вас не могут привлечь «задним числом» к уголовной ответственности, то легко привлекут к ответственности административной. Верховный суд хоть и задает в обзоре вопрос о критериях разграничения административной и уголовной ответственности, но практически никак на него не отвечает, а просто пересказывает содержание соответствующей статьи. Складывается ощущение, что в самом суде не очень понимают эту разницу, констатирует эксперт.

К разряду общественно значимой информации, которая может оказаться «заведомо ложной» и, следовательно, уголовно наказуемой, может быть отнесена информация об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, а также о принимаемых в связи с этим мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств, разъясняет Верховный суд. На местах уже понимают, что критика противоэпидемических мер наказуема, говорит Гайнутдинов. Например, полицейские из Сургута составили протокол на местного жителя, который в соцсети к одной из новостей опубликовал комментарий о том, что привлечение граждан к административной ответственности за несоблюдение режима обязательной самоизоляции, установленного в Югре постановлением губернатора, якобы незаконно. «Со слов гражданина, наказанию могут быть подвергнуты только те, кто уже заражен, или те, кто вернулся из зараженных мест», – говорится в пресс-релизе МВД. Но в отношении мужчины участковым уполномоченным полиции составлен протокол об административном правонарушении по ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, который направлен в судебные органы для рассмотрения по существу.

Верховный суд дал исчерпывающие разъяснения по части соблюдения процессуальных и исковых сроков и это в целом положительный момент, отмечает Яков Гаджиев из юридической компании «Юков и партнеры»: суд четко сказал, что в период с 30 марта по 30 апреля течение всех сроков – за исключением особых категорий дел – приостанавливается.

Объявленная президентом нерабочая неделя, которая затем была продлена, не основание для переноса сроков исполнения обязательств, говорится в разъяснениях.

«Иное означало бы приостановление исполнения всех без исключения гражданских обязательств в течение длительного периода и существенное ограничение гражданского оборота в целом», – считает Верховный суд.

По его мнению, пандемия и введенные ограничительные меры могут быть признаны обстоятельством непреодолимой силы, но такое признание не может быть универсальным и должно устанавливаться с учетом обстоятельств по каждому конкретному делу.

Верховный суд говорит, что указы президента не поменяли Гражданский кодекс и сохранились лишь две категории дат, позволяющие отсрочить исполнение договора, – выходные и праздничные, объявленные в указах главы государства нерабочими дни к ним не относятся, объясняет Станислав Данилов из коллегии адвокатов «Pen & Paper».

Суть позиции Верховного суда России заключается в том, что судам необходимо в каждом конкретном случае выяснять – существовали ли в условиях специального ограничительного правового режима обстоятельства, препятствующие своевременному исполнению обязательств, говорит Армен Джагарян из «Муранов, Черняков и партнеры». При этом бремя доказывания наличия таких обстоятельств ложится на должника. Такая позиция исходит из особенностей самого ограничительного режима нерабочих дней, который носит дифференцированный (в частности, по видам деятельности и территориям) характер.

Разъяснения сформулированы таким образом, чтобы избавить суды от необходимости признавать неисполнение обязательств форс-мажором, констатирует Гаджиев. Впрочем, добавляет он, за это трудно критиковать Верховный суд, ведь он вынужден исходить из уже принятых федеральной властью нормативных актов, а она, в свою очередь, всячески уклоняется от объявления режима чрезвычайной ситуации.

Новое постановление Пленума ВС РФ о прекращении обязательств

  • Информационное письмо № 773
  • Юридическая фирма Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP (ранее в России – Goltsblat BLP) информирует, что 11 июня 2020 года Пленум Верховного Суда Российской Федерации (далее – «Пленум») принял Постановление № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – «Постановление»).
  • Постановление содержит разъяснения, посвященные отдельным основаниям прекращения обязательств, и во многом подтверждает ранее высказанные Верховным Судом Российской Федерации (далее – «ВС РФ») и Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации (далее – «ВАС РФ») позиции.
  • Разъяснения Пленума в первую очередь будут актуальны для компаний, столкнувшихся с затруднениями в ходе исполнения договоров или невозможностью их исполнения на согласованных условиях (в том числе со стороны контрагентов) на фоне кризиса, связанного с пандемией COVID-19 и принятыми ограничительными мерами (такими как закрытие границ, запрет на проведение массовых мероприятий, специальный режим работы объектов розничной торговли и многие другие меры по борьбе с COVID-19).
  • Общие положения
  • Стороны вправе прекратить как договорные, так и внедоговорные обязательства, а основания прекращения могут являться односторонней сделкой, соглашением или вовсе не зависеть от воли сторон.
  • Отдельные основания прекращения обязательств
  • Отступное

Согласно Постановлению отступным может быть не только уплата денежных средств и передача иного имущества, указанные в ст. 409 ГК РФ, но и иное предоставление (например, выполнение работ, оказание услуг).

Согласно разъяснениям соглашение об отступном может быть сконструировано по моделям, предполагающим, что:

  1. должник предоставляет отступное в момент заключения соглашения; или

  2. должник не предоставляет отступное в момент заключения соглашения и вправе как исполнить первоначальное обязательство, так и предоставить отступное.

    Постановление в продолжение позиции ВАС РФ1 устанавливает презумпцию квалификации такой модели обязательства в качестве факультативного, позволяющего должнику заменить предмет исполнения по основному обязательству предметом, установленным в соглашении об отступном, и не позволяющего кредитору требовать исполнения обязательства по соглашению об отступном при его непредоставлении в установленный срок2. При этом стороны вправе договориться о том, что исполнение по такому соглашению будет представлять собой альтернативное обязательство, предоставляющее по общему правилу кредитору право выбора предмета исполнения, если должник не осуществил свой выбор в пределах установленного срока3.

Читайте также:  Срок службы светодиодных ламп в часах и годах по ГОСТ и заявленный производителями: период годности потолочных изделий, и что влияет на время эксплуатации?

При структурировании корпоративных сделок по российскому праву следует обратить внимание на следующее:

  1. Соглашение об отступном, по которому в качестве отступного передаются доли в ООО, должно быть заключено в нотариальной форме вне зависимости от формы соглашения, из которого возникло основное обязательство.

    При этом Постановление явно не учитывает предусмотренную возможность структурирования соглашения об отступном по модели факультативного или альтернативного обязательства, наделяющей должника правом выбора в отношении предмета обязательства, и (i) закрепленную Федеральным законом № 14-ФЗ от 8 февраля 1998 года «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – «Закон об ООО») идею о необходимости нотариального удостоверения лишь распорядительной сделки, направленной на непосредственное отчуждение долей в ООО, которая в такой модели соглашения об отступном может и вовсе не состояться, а также (ii) безусловную обязанность нотариуса по подаче заявления в регистрирующий орган в связи с переходом права на доли в ООО в течение установленного Законом об ООО срока. При буквальном толковании можно прийти к выводу, что в настоящий момент соглашение о предоставлении доли в ООО в качестве отступного можно структурировать только по модели соглашения об отступном с одним предметом исполнения, передаваемым сразу в момент заключения соглашения.

  2. При передаче взамен обязательства по уплате денег в качестве отступного имущества, в отношении которого действует преимущественное право покупки, лицо, права которого были нарушены такой сделкой, вправе воспользоваться средствами защиты, предусмотренными на случай нарушения преимущественного права.

    Таким образом, преимущественное право не действует при использовании отступного в целях прекращения неденежного обязательства.

    К сожалению, Постановление не уточняет характер преимущественного права, в отношении которого применяются разъяснения, вследствие чего суд при рассмотрении спора может с высокой долей вероятности распространить действие преимущественного права приобретения долей в ООО и акций в непубличных АО (если такое право предусмотрено уставом такого непубличного АО) другими участниками (акционерами) при передаче таких долей (акций) участником (акционером) в качестве отступного. Такая концепция опровергает подход ВАС РФ о нераспространении норм о преимущественном праве при передаче долей в ООО в качестве отступного4.

Зачет

Пленум уточнил условия осуществления зачета, которые по общему правилу должны существовать на момент совершения заявления о зачете. Согласно Постановлению:

  1. По активному требованию (требованию лица, заявившего о зачете) должен наступить срок исполнения, при этом не является необходимым наступление срока исполнения пассивного требования (требования против заявителя), если оно может быть исполнено досрочно.

  2. Требования должны быть встречными, то есть кредитор по активному требованию является должником по пассивному требованию.

  3. Требования должны быть однородными, то есть стороны после осуществления зачета должны оказаться в таком положении, как если бы их обязательства были прекращены исполнением.

    При этом требования могут возникать не из одного основания (например, можно зачесть требование о взыскании долга по договору против встречного требования о возмещении убытков из деликта или взыскании неустойки за просрочку в исполнении обязательства5).

Вместе с тем Пленум указал, что стороны вправе договориться о зачете требований, не являющихся встречными, установить автоматическое прекращение требований (в таком случае рекомендуем уделить внимание положениям договора о требованиях, подлежащих зачету, а также обстоятельствах, при наступлении которых производится зачет), либо предусмотреть, что обязательства могут быть прекращены зачетом при наличии волеизъявления всех сторон.

Постановление соответствует ранее высказанным позициям ВАС РФ6 и ВС РФ7 о моменте прекращения обязательств зачетом и поддерживает ретроактивный характер зачета.

На практике это означает, что обязательства считаются прекратившимися с момента, в который обязательства стали способными к зачету, а не с момента получения заявления о зачете.

Полагаем, что цель данного разъяснения – уравнять положение сторон в отношении установленных санкций за просрочку в исполнении обязательств, которые не должны применяться вплоть до получения стороной заявления о зачете.

Новация

Согласно Постановлению новация имеет место, если воля сторон направлена на прекращение существующего между ними обязательства другим обязательством).

В этом заключается принципиальное отличие новации от отступного, при котором новое обязательство не возникает, а у кредитора по общему правилу отсутствует право требовать от должника исполнения обязательства по заключенному соглашению об отступном.

Кроме того, при новации первоначальное обязательство прекращается в момент заключения самого соглашения, в то время как отступное прекращает обязательство в момент его предоставления.

Пленум подчеркивает, что в целях новации стороны должны согласовать новый предмет и (или) основание обязательства). Например, изменение размера долга или и (или) срока исполнения обязательства само по себе не является новацией.

Постановление также закрепляет презумпцию отступного, если из соглашения сторон не усматривается воля сторон осуществить новацию).

По общему правилу в результате новации прекращаются все дополнительные требования и обеспечения (в частности, обязательство по уплате неустойки).

При этом Постановление устанавливает возможность сохранения залога и поручительства в отношении новируемого обязательства, если поручитель или залогодатель, являющийся третьим лицом, прямо выразил согласие на сохранение обеспечения. Такое согласие может быть предоставлено до заключения соглашения о новации8).

Прощение долга

Постановление в продолжение позиции ВАС РФ подтверждает, что для квалификации действия кредитора в качестве дарения необходимо установить намерение кредитора передать имущество в качестве дара9.

Ранее ВАС РФ в качестве отсутствия такого намерения признавал взаимосвязь между прощением долга и получением кредитором имущественной выгоды по какому-либо обязательству между теми же лицами (например, отсрочки платежа по другому обязательству).

Дополнительно к указанному критерию ВС РФ вводит понятие «экономический интерес». При наличии у кредитора такого интереса, прямо не связанного с прощением долга, намерение передать в дар отсутствует.

В уведомлении кредитора о прощении долга должны быть указаны условия, позволяющие идентифицировать обязанность, от исполнения которой освобождается должник. В ином случае применяется презумпция прекращения обязательства в полном объеме, включая требование об уплате неустойки.

Невозможность исполнения

Постановление закрепляет критерии, присущие невозможности исполнения обязательства для целей применения ст. 416 ГК РФ:

  1. объективность, то есть должник не может исполнить обязательства как лично, так и с привлечением третьих лиц в связи с наступлением обстоятельств, не зависящих от воли и действий должника;

  2. постоянный характер, то есть такая невозможность не должна являться временным препятствием.

Пленум напоминает о различии институтов невозможности исполнения и непреодолимой силы. В случае возникновения непреодолимой силы само обязательство не прекращается, если исполнение остается возможным после отпадения обстоятельств непреодолимой силы. При этом должник освобождается от ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение.

Постановление также содержит общее правило о том, что в случае прекращения обязательства в силу невозможности его исполнения встречное обязательство также прекращается.

К сожалению, Пленум не упоминает о судьбе договора при отпадении принципа встречности между обязательствами. Ранее подход о прекращении договора при отпадении принципа встречности встречался в некоторых судебных актах10.

Ликвидация юридического лица

Постановление также затрагивает последствия исключения юридического лица из ЕГРЮЛ как недействующего. Обязательства такого лица по общему правилу считаются прекращенными в силу ст. 419 ГК РФ.

Участники и кредиторы ликвидированного юридического лица не вправе самостоятельно обращаться с обязательственными требованиями такого лица к его должникам. Соответствующие требования должны предъявляться на основании специальных норм ГК РФ о распределении обнаруженных обязательственных требований.

1   П. 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 года № 102 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 409 Гражданского кодекса РФ»

2   Соответствующее положение следует из п. 1 ст. 320.1 ГК РФ, закрепляющего нормы о факультативном обязательстве

3   П. 1 ст. 320 ГК РФ, абз. 3 п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»

4   Определение ВАС РФ от 16 апреля 2012 года № ВАС-4459/12 по делу № А65-5850/2011. При этом в судебной практике можно также встретить позицию, согласно которой преимущественное право приобретения акций в непубличном АО распространяется и на передачу акций в качестве отступного (см., например, Решение Арбитражного суда Новосибирской области от 19 декабря 2019 года по делу № А45-29123/2019)

5   Соответствующим положением ВС РФ пытается разрешить спорный вопрос о возможности зачета неустойки против других денежных требований. Ранее ВС РФ высказывался о невозможности такого зачета ввиду отсутствия признака бесспорности у требования о взыскании неустойки и неоднородности зачитываемых требований (см., например, Определения ВС РФ от 18 ноября 2016 года по делу № А40-165511/2014, от 24 июля 2017 года по делу № А41-108637/2015)

6   П. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 29 декабря 2001 года № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований»

7   Определение ВС РФ от 16 августа 2018 года № 305-ЭС18-3914

8   П. 26 Постановления. В судебной практике также можно увидеть общую тенденцию прекращения акцессорных обеспечений в отношении новируемого обязательства (см., например, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13 февраля 2012 года № 09АП-36694/2011 по делу № А40-120395/09-42-531, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 3 октября 2016 № 13АП-18180/2016 по делу № А56-49002/2015/тр.5)

9   П. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 года № 104 «Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса РФ о некоторых основаниях прекращения обязательств», п. 31 Постановления

10  См., например, Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2013 года по делу № А72-6795/2012, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22 марта 2018 года № Ф04-193/2018 по делу № А45-8351/2017, Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 3 апреля 2019 года № Ф10-785/2019 по делу № А14-24834/2017

Презумпция вины должника

Подборка наиболее важных документов по запросу Презумпция вины должника (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Читайте также:  Уведомление Роспотребнадзора о начале предпринимательской деятельности: о каком бизнесе надо сообщать, когда это следует делать, а также как заполнить документ?

Судебная практика: Презумпция вины должника

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Подборка судебных решений за 2020 год: Статья 70 «Обращение взыскания на денежные средства» Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»(В.Н. Трофимов)Суд согласился с судом нижестоящей инстанции, который, разъясняя порядок применения ч. 6 ст. 70 Закона об исполнительном производстве, отметил, что в рассматриваемом случае обоснованность списания денежных средств с расчетного счета должника не была доказана банком, а ссылка на отсутствие оснований сомневаться в подлинности представленного исполнительного листа и заявления не являлась условием для возложения на клиента неблагоприятных последствий в виде необоснованного списания с его расчетного счета принадлежащих ему денежных средств. Суд также подчеркнул, что банк, как субъект профессиональной предпринимательской деятельности в области проведения операций по счетам клиентов, осуществляющий их с определенной степенью риска, должен нести ответственность в виде возмещения убытков, причиненных неправильным списанием принадлежащих истцу денежных средств, а нормы ст. 401 ГК РФ устанавливают презумпцию вины должника при нарушении обязательства и возлагают на него бремя доказывания наличия вины кредитора в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства.

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Подборка судебных решений за 2019 год: Статья 70 «Обращение взыскания на денежные средства» Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»(В.Н. Трофимов)Общество обратилось в суд с иском к банку о взыскании убытков, вызванным необоснованным списанием денежных средств со счета. По мнению суда, разъяснившего порядок применения ч. 2 и 6 ст. 70 Закона об исполнительном производстве, в рассматриваемом случае риск предпринимательской деятельности лежал на ответчике, а не на истце; обоснованность списания денежных средств не была доказана ответчиком, а ссылка на отсутствие оснований сомневаться в подлинности представленного исполнительного листа и заявления не являлась условием для возложения на клиента (общество) неблагоприятных последствий в виде необоснованного списания с его расчетного счета принадлежащих ему денежных средств с учетом того, что банк как субъект профессиональной предпринимательской деятельности в области проведения операций по счетам клиентов, осуществляющий их с определенной степенью риска, должен нести ответственность в виде возмещения убытков, причиненных неправильным списанием принадлежащих истцу денежных средств, а нормы ст. 401 ГК РФ устанавливают презумпцию вины должника при нарушении обязательства и возлагают на него бремя доказывания наличия вины кредитора в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства. В рассматриваемом случае банком не была проявлена должная степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, при исполнении исполнительного документа и в этой связи банк не мог быть признан невиновным в причинении убытков истцу.

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Презумпция вины должника

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Статья: Эволюция мер ответственности, применяемых при банкротстве к нарушителям имущественных прав кредиторов в России(Арбекова А.В.)

(«Актуальные проблемы российского права», 2021, N 5)

Статья 401 ГК РФ. Основания ответственности за нарушение обязательства — разъяснения, судебная практика

Общие позиции об ответственности за нарушение обязательств (ст. 401 ГК РФ)

К каким ситуациям применяется ст. 401 ГК РФ

При нарушении интеллектуальных прав применяются общие основания привлечения к ответственности

К каким ситуациям не применяется ст. 401 ГК РФ

Какие действия признаются неправомерными в соответствии со ст. 401 ГК РФ

Если правонарушение отсутствует, нельзя ставить вопрос об основаниях ответственности 

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 15.01.1999 N 39 “Обзор практики рассмотрения споров, связанных с использованием аккредитивной и инкассовой форм расчетов”

При расчетах с аккредитива банк не несет ответственности за проверку фактического исполнения договора купли – продажи

Организация – плательщик обратилась в арбитражный суд с иском к банку – эмитенту и исполняющему банку о возмещении сумм, неосновательно выплаченных получателю средств с аккредитива. Плательщик указывал, что исполняющий банк не должен был производить выплаты на основании представленных документов, поскольку реально товар не отгружался.

Организация – получатель денежных средств фактически прекратила свое существование, в связи с чем возврат полученных ею средств невозможен. Факт изготовления сотрудниками организации – получателя поддельных товарно – транспортных документов подтвержден приговором суда по уголовному делу.

Арбитражный суд исковые требования удовлетворил за счет исполняющего банка, указав, что он не проверил надлежащим образом представленные ему документы.

Ссылка банков на отсутствие своей вины в причинении истцу ущерба не была принята судом во внимание, поскольку в соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ банки как лица, ненадлежащим образом исполнившие обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несут ответственность и при отсутствии вины, если иное не предусмотрено законом или договором.

Апелляционная инстанция решение отменила и в иске отказала, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 870 ГК РФ для исполнения аккредитива получатель средств представляет в исполняющий банк документы, подтверждающие выполнение всех условий аккредитива. Как следует из положений пункта 1 статьи 871 ГК РФ, банк вправе отказать в выплате при несоответствии документов условиям аккредитива по внешним признакам.

Таким образом, при расчетах с аккредитива на банк возлагается обязанность проверки представленных получателем средств документов, а не факта поставки товаров.

На банк не может возлагаться ответственность за несоответствие документов реальному положению дел, если такое несоответствие не могло быть выявлено исключительно на основании документов и банк действовал осмотрительно и с разумной тщательностью.

Выплаты с аккредитива должны были производиться по представлении копий товарно – транспортных накладных и упаковочных листов.

Указанные документы, а также реестр счетов, требовавшийся по условиям данного аккредитива, в исполняющий банк были представлены. Наименование товара соответствовало указанному в аккредитиве.

По оформлению представленные документы отвечали требованиям, предъявляемым к подобным документам.

Фальсификация документов могла быть установлена лишь при использовании специальных технических средств и при обычном осмотре сотрудникам банка ее невозможно было выявить, что подтверждается материалами проведенной по уголовному делу экспертизы. Истцом не были представлены доказательства, подтверждающие причастность сотрудников банков к мошенническим действиям получателя.

Поскольку банки действовали в соответствии с условиями аккредитивного обязательства и не допустили каких-либо нарушений, отсутствуют основания для привлечения их к ответственности за ненадлежащее исполнение аккредитивного поручения. Ссылка суда на положения статьи 401 ГК РФ неосновательна, поскольку при отсутствии самого факта правонарушения не может ставиться вопрос об основаниях ответственности.

Читайте также:  Отсутствие в ценной бумаге обязательных реквизитов больше не свидетельствует о ее ничтожности

Каковы последствия нарушения ст. 401 ГК РФ

Если основания для привлечения должника к ответственности отсутствуют, суд освобождает его от ответственности, а не снижает ее размер в силу положений об уменьшении неустойки

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 N 17 “Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации”

Отсутствие вины организации в невыполнении договорных обязательств может служить основанием для освобождения ее от ответственности по статье 401, а не по статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Акционерное общество предъявило иск к учреждению о взыскании задолженности по оплате за предоставленные услуги и пени за просрочку платежа.

Ответчик с требованиями по задолженности согласился. В части заявленной истцом суммы неустойки обратился к суду с ходатайством об уменьшении ее размера на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд в удовлетворении ходатайства учреждения отказал в связи с неустановлением явной несоразмерности пени последствиям нарушения обязательства.

Учреждение обжаловало решение суда первой инстанции в кассационную инстанцию, сославшись на то, что задержка оплаты произошла вследствие непоступления денежных средств на эти цели из федерального бюджета, то есть не по его вине.

Кассационная инстанция в удовлетворении жалобы отказала по следующим мотивам. Уменьшение размера неустойки по статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть произведено только при установлении судом явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Других оснований для уменьшения неустойки данная статья не предусматривает.

При отсутствии вины учреждения в ненадлежащем исполнении обязательств оно вправе поставить вопрос об освобождении от ответственности на основании пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому лицо, не исполнившее обязательства, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Невыделение средств из бюджета учреждению, которое по статусу не вправе осуществлять предпринимательскую деятельность, а следовательно, лишено иных источников доходов, может быть признано обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии его вины в просрочке оплаты оказанных ему услуг.

Важно знать!  Статья 391 ГК РФ. Условия и форма перевода долга

Как другие нормы права применяются к правоотношениям, регулируемым ст. 401 ГК РФ

Порядок исполнения судебных актов, установленный Бюджетным кодексом РФ, не изменяет условий и оснований применения гражданско-правовой ответственности

Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.06.2017 N 309-ЭС17-2504 по делу N А76-23181/2016

Установленные Бюджетным кодексом особенности порядка исполнения судебных актов не регулируют имущественные гражданско-правовые отношения, не затрагивают соотношения прав и обязанностей их участников и сами по себе не изменяют оснований и условий применения гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств.

Общие положения ГК РФ: ВС РФ разъясняет

Недавно было официально опубликовано очень важное постановление Пленума ВС РФ, в котором разъяснено применение судами раздела I «Общие положения» части первой ГК РФ.

В документе закреплены выводы, наработанные судебной практикой (например, о том, что нельзя отказать в иске о возмещении убытков, если не доказан их точный размер).

Кроме того, расширена инициатива судов, просматривается уход от формального равенства и продвижение к справедливости. ­Разберем наиболее важные выводы, сделанные ­Пленумом ВС РФ.

В последний день июня было опубликовано знаковое постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление). Рассмотрим и прокомментируем наиболее важные положения этого ­документа, а также расскажем, как они отразятся на работе компаний.

Постановление посвящено толкованию поправок ГК РФ, принятых в 2013–2014 годах. С тех пор прошло уже достаточно времени, и суды успели выработать определенные позиции по рассмотренным Пленумом ВС РФ вопросам.

Поскольку при разработке изменений ГК РФ учитывались и выводы судов, в том числе ВАС РФ, по многим проблемам практика сложилась уже достаточно определенная.

Вместе с тем некоторые ­положения ГК РФ, внесенные ­поправками, ­выражены недостаточно ­определенно.

Особое внимание уделено принципу добросовестности, полномочиям судов и положениям о возмещении убытков.

Отметим, что разъяснения по последнему блоку изменений, которые вступили в силу 1 июня 2015 г., в Постановление не вошли.

Постановление охватывает нормы части I ГК РФ по самым разно­образным вопросам:

  • основные положения;
  • физические лица;
  • юридические лица;
  • объекты гражданских прав;
  • защита нематериальных благ;
  • общие положения о сделках;
  • недействительность сделок;
  • решения собраний;
  • представительство и доверенность.

Что такое добросовестность?

В п. 1 Постановления Пленум ВС РФ дает разъяснения по вопросам добросовестного поведения участников гражданских правоотношений.

Прежде всего, Пленум ВС РФ указал, что законы, содержащие нормы гражданского права, толкуются в системной взаимосвязи с принципом добросовестности участников гражданского оборота (п. 3 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК РФ). Разъяснения раскрывают добросовестность через должное поведение, т.е.

такое, на которое другая сторона вправе рассчитывать (например, полное и достоверное информирование контрагента об ­обстоятельствах, имеющих значение для складывающихся ­правоотношений).

Вместе с тем понятие добросовестности охватывает не только поведение, но и состояние. Например, наличие у лица информации о юридически значимых фактах. Так, согласно абз. 2 п. 2 ст. 51 ГК РФ лицо, полагающееся на данные ЕГРЮЛ, вправе исходить из того, что они соответствуют действительности; п. 1 ст.

302 ГК РФ содержит правила истребования имущества у приобретателя, который не знал и не мог знать о том, что приобрел имущество у лица, которое не имело право его отчуждать.

Поэтому толкование термина добросовестности, предложенное Пленумом ВС РФ, дает некоторые шансы вывести из-под него случаи ­недобросовестности, не охваченные одним только поведением.

Недобросовестность может определить суд

Добросовестность участников гражданского оборота играет очень важную роль для принятия объективных решений судами. Ведь на практике случается, что в ходе судебного процесса выявляются факты, ­указывающие на недобросовестность не только ответчика, но и самого истца.

Обычно сторона процесса признается судом недобросовестной по заявлению оппонента. Теперь судам предписано занимать активную позицию, если просматривается «очевидное отклонение» действий стороны от добросовестного поведения.

Суд должен вынести на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком поведении, чтобы стороны могли изложить свои доводы.

В качестве примера можно привести мелкий шрифт некоторых условий договора по сравнению со всем остальным текстом.

Интересно, что Пленум ВС РФ употребил фразу «очевидное отклонение». Возникает вопрос, как быть в случае неявного злоупотребления правом. Видимо, в такой ситуации по своей инициативе суд не должен выносить на обсуждение данный вопрос. Это может сделать истец или ответчик.

Отметим, что при таком подходе может оказаться нарушенным принцип состязательности процесса, когда стороны несут риск последствий совершения или не совершения процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Если одна из сторон действует недобросовестно, а оппонент ничего не заявляет по этому поводу, то именно он должен принимать риски наступления неблагоприятных последствий, связанных с таким поведением.

И чтобы не нарушать принцип состязательности, Пленум ВС РФ ограничил предел вмешательства суда только явным ­злоупотреблением правом.

Но даже в случае очевидного отклонения от добросовестного поведения преградой дальнейшей активности суда будет заявление сторон о том, что они не видят недобросовестности в поведении друг друга.

Возможна ситуация, когда суд вынесет вопрос о добросовестности на обсуждение, но ни одна сторона не представит доказательств, подтверждающих злоупотребление правом одной или обеими сторонами процесса.

В таком случае признавать факт недобросовестности недопустимо во ­избежание нарушения принципа состязательности.

Последствия недобросовестности

Если недобросовестное поведение стороны будет установлено и доказано, суд имеет право полностью или частично отказать ей в защите принадлежащего ей права или применить иные меры защиты другой стороны от недобросовестного поведения, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ). Но в Постановлении опущена фраза «предусмотренные законом», т.е. Пленум ВС РФ допускает возможность применения нижестоящими судами мер, не предусмотренных ни одним ­нормативным правовым актом.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *