Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Действующее антимонопольное законодательство запрещает ограничение, недопущение или устранение конкуренции. Многие законодательные положения закрепляют, однако, ответственность не за конкретное действие, а за его последствия. В этой связи бывает достаточно сложно оценить степень опасности каких-то операций на рынке, так как заранее предугадать их результаты невозможно.

Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Несколько проще обстоят дела с картелями. В законодательстве прямо запрещено заключать картельные соглашения. Соответственно, контролирующим структурам достаточно доказать, а недобросовестным участникам – осознать сам факт такого сговора. Рассмотрим далее подробно, что такое картель и какая ответственность предусмотрена за его создание.

Общие сведения

Картельный сговор – это запрещенное законодательством соглашение между конкурентами о:

  • разделе рынка;
  • ценах;
  • создании дефицита продукции;
  • участии в торгах;
  • бойкоте отдельных категорий покупателей.

Антимонопольный орган должен доказать сам факт существования картеля. Опасные последствия для экономики при этом подразумеваются. Это означает, что контролирующий орган не обязан доказывать их наступление, в том числе и вероятное, для привлечения лица к административной ответственности. Несколько иначе обстоит дело с уголовным наказанием.

Действующая в настоящее время ст. 178 УК РФ предусматривает различные санкции для нарушителей антимонопольного законодательства. Однако для их вменения необходимо собрать доказательственную базу.

Особенности квалификации

Для определения признаков картельного сговора необходимо:

  1. Установить продуктовые и географические пределы товарного рынка. Это необходимо для подтверждения факта реализации товара участниками картельного сговора на одном рынке.
  2. Доказать, что продавцы либо изготовители продукции являются конкурентами.
  3. Установить факт заключения картельного соглашения. Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Особенности доказывания

Для привлечения лиц к ответственности по УК ФАС России использует два типа улик: косвенные и прямые. Последние включают в себя документы (протоколы, соглашения, заявления и пр.

), а также показания свидетелей, которые прямо указывают на наличие нарушений. Чтобы получить такие доказательства, ФАС России проводит внезапные проверки.

Как показывает практика, зачастую в ходе таких мероприятий обнаруживаются явно антиконкурентные документы, подписанные участниками рынка.

В течение последних лет находить прямые доказательства становится все сложнее. Во многих случаях контролирующие органы находят документы, свидетельствующие о наличии картельного сговора, в которых участники используют псевдонимы.

В этой связи большое значение в расследованиях имеет сбор косвенных улик, указывающих на побочные, дополнительные факты, связанные с тем или иным нарушением. Для их получения контролирующие органы анализируют поведение хозяйствующих субъектов, структуру рынка, выполняют математические расчеты и экспертизы.

Результаты всех этих мероприятий и выступают в качестве косвенных улик.

Нюансы

Как поясняют сами сотрудники контролирующих органов, у антимонопольной службы существует своего рода «красная черта» для случаев, когда прямые доказательства картельного сговора отсутствуют.

Решение о наказании виновных лиц выносится, если результаты экономической экспертизы показывают недопустимость ситуации, сложившейся на рынке, и если имеется одно-два дополнительных доказательства факта нарушения закона.

Стоит, однако, сказать, что контролирующие структуры прямо не называют те обстоятельства, на которые они могут среагировать. Это делается для того, чтобы недобросовестные конкуренты не смогли подготовиться к проверкам.

Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Предмет доказывания

При анализе рынка и поведения экономических субъектов антимонопольный орган, расследуя картельные сговоры, стремится найти подтверждения, что:

  • конкуренты действуют единообразно и синхронно без каких-либо объективных причин на это;
  • деятельность субъектов противоречит их интересам;
  • хозяйственные операции не могли быть совершены ни при каких условиях, кроме как при наличии сговора.

Проблемы судебной практики

Во многих странах выработаны и успешно используются практические руководства по доказыванию и расследованию случаев картельных сговоров. Они закрепляются, как правило, не в нормативных актах, а фиксируются в обзорах судебной практики.

Отечественное антимонопольное законодательство начало действовать сравнительно недавно. Соответственно, судебная практика по делам о формах ограничения конкуренции еще достаточно противоречива.

Кроме того, сложные случаи рассматриваются теми же судьями, которые принимают решения по оспариванию ненормативных актов структур власти.

Ввиду отсутствия специализации, позволяющей уполномоченным лицам видеть в делах о картелях не только юридическую, но и экономическую сторону, лишает материалы, предоставленные субъектами, подозреваемыми в сговорах, доказательственного значения.

В результате судьи доверяют выводам, сделанным на основе проверок жалоб на картельный сговор в ФАС.

https://www.youtube.com/watch?v=66nUkonmqw0

В связи с этим все более актуальными становятся практические руководства, разрабатываемые контролирующими органами. Одним из них является приказ ФАС № 220 от 2010 г. В нем даны пояснения о порядке определения продуктовых и географических границ товарного рынка. Сегодня идет работа по выработке аналогичного практического руководства по установлению размера ущерба и вертикальным соглашениям.

Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Стадии доказывания

Для привлечения к ответственности за картельный сговор по УК РФ необходимо:

  1. Выявить непоследовательное, нелогичное поведение экономического субъекта на рынке.
  2. Обнаружить «срыв» в действиях предпринимателя. К примеру, он реализовывал продукт по 10 р./шт., но вдруг увеличил цену в 5 раз.
  3. Выявить отличия в поведении предпринимателей, подозреваемых в сговоре, от действий других участников рынка.
  4. Доказать вероятное существование договоренности об устранении конкурентов.

По мнению экспертов, первая и вторая стадии могут слиться в одну. Однако контролирующие органы обычно используют различные методы в процессе доказывания. ФАС реализует обе стадии, открывая дела по сговорам, реагируя на те или иные события на рынке. Одним из показательных примеров является внезапное повышение цен на гречку.

Особенности применения экономических моделей

Способы доказывания, которые выбирает контролирующий орган, обычно на практике не закрепляются. Экономические модели постоянно трансформируются под влиянием ситуации на рынке. Ежегодно возникают новые методики, опровергающие или заменяющие прежние.

Зачастую при разбирательстве дел между контролирующим органом и участниками картеля возникает спор об обоснованности той или иной модели.

Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Выявление отличий в поведении субъектов

Для доказательства наличия тех или иных отклонений в действиях участников рынка разработан комплекс экономических мер, базирующихся на сборе информации. Методы, используемые на третьей стадии, являются более детализированными.

Описание той или иной экономической модели начинается обычно с условий, в которых она может применяться. Антимонопольному органу необходимо сравнить ее с фактическим положением дел. Такая проверка осуществляется в отношении каждой экономической модели до тех пор, пока не будет выбрана наиболее подходящая.

ФАС активно применяет метод сравнения поведения субъектов, подозреваемых в сговоре, с действиями конкурентов. Стоит, однако, заметить, что в зарубежной практике такой анализ выступает в качестве обязательного этапа доказывания, а не инструмента, который может использоваться в одном деле и не применяться в другом.

Переход к непосредственному доказыванию наличия сговора

По результатам первых трех этапов у контролирующего органа и участников картеля аккумулируется большой массив информации. Сведения поступают от потребителей, статистических органов, прочих источников.

Контролирующий орган, используя эту информацию на заключительном этапе, должен сформулировать обоснованный вывод о существовании или отсутствии сговора.

Для этого, как правило, выбирается одна математическая модель. Задача антимонопольного органа в итоге сводится к доказыванию, почему именно эту методику он выбрал.

Участники предполагаемого картеля, в свою очередь, обосновывают причины невозможности применения этой модели.

Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Специфика судопроизводства

В качестве экономических доказательств в картельных делах выступают те документы и материалы, в которых присутствуют обоснованные выводы о:

  • продуктовых и географических границах рынка, в пределах которого было допущено нарушение;
  • временном промежутке, в рамках которого проводилось исследование;
  • составе субъектов.

В их число, в частности, входят:

  • аналитический отчет ФАС;
  • экспертное заключение;
  • письменные, устные разъяснения экономистов и других специалистов, а также свидетелей, привлеченных к судебному производству.

Уголовная ответственность

Достаточно строгое наказание за участие в картеле предусматривается в ст. 178 УК РФ.

Уголовные санкции применяются к экономическим субъектам, если их действия:

  • причинили крупный ущерб организациям, частным лицам или государству;
  • повлекли получение доходов в крупных размерах.

Наказание будет ужесточено, если ограничение конкуренции посредством участия в картеле совершено:

  • субъектом с использованием своего служебного статуса;
  • с повреждением/уничтожением имущества, принадлежащего иным лицам, или с угрозой совершения таких действий (если отсутствуют признаки вымогательства);
  • с причинением особо крупного вреда или извлечением доходов в особо крупных размерах;
  • с применением насильственных действий или под угрозой их применения.

Виновным может вменяться одно из следующих наказаний:

  1. Денежное взыскание.
  2. Исправительные работы.
  3. Тюремное заключение.
  4. Лишение права осуществлять деятельность или занимать посты, установленные судом.
  5. Принудительные работы. Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Проверка предположений

В экономическом анализе могут применяться разные математические модели, характеризующие действия участников рынка в нормальных условиях и при наличии картеля. Однако все эти схемы основываются на одном принципе. Картельный сговор позволяет участникам установить стоимость продукции, в несколько раз превышающую цену конкурентов, и за счет этого извлечь сверхприбыль.

Однако модели в любом случае являются условным описанием реальной ситуации. Поэтому все предположения, на которых они основываются, требуют проверки.

При наличии спора о существовании картеля необходимо найти ответы на 2 основных вопроса:

  1. Послужил ли картель причиной повышения прибыли из-за завышенной стоимости продукции?
  2. Достаточно ли прозрачен анализируемый рынок?

О первом вопросе, к сожалению, на практике часто забывают. Здесь нужно вспомнить причину запрещения картеля.

Запрет в законодательстве установлен потому, что сговор конкурентов всегда приводит к повышению цен, а это, в свою очередь, причиняет ущерб потребителям. Это предположение и надлежит проверять экономистам.

Читайте также:  Возврат товара в Спортмастер: условия, как можно вернуть вещь в любой магазин, а также возможен ли обмен обуви и одежды на другой размер, в какой срок сдать обратно?

Дело в том, что может оказаться, что маржа прибыли в действительности снизилась в период, когда по предположению контролирующего органа был создан картель.

https://www.youtube.com/watch?v=66nUkonmqw0\u0026t=1951s

Чтобы создать картель, у экономических субъектов должна быть возможность понимать, чем занимаются конкуренты. Если один из участников повысит стоимость продукции, то он потеряет клиентов, поскольку они переключатся на товар других производителей. При наличии сомнений в прозрачности рынка, вероятность существования картеля минимальна.

За любое деловое соглашение можно будет получить до шести лет тюрьмы

Ст 178 УК РФ: ограничение конкуренции

Проблема сговоров и картелей в России хорошо известна / Евгений Разумный / Ведомости

Правительство внесло в Госдуму поправки в Уголовный кодекс (УК), Уголовно-исполнительный кодекс и КоАП, предусматривающие серьезное ужесточение наказаний за картельный сговор.

После их принятия, чтобы отправить предпринимателей в тюрьму на срок до шести лет, достаточно будет найти признаки соглашения между конкурентами и выявить у них доход в размере свыше 500 млн руб. или ущерб организациям, гражданам или государству в размере свыше 60 млн руб.

За участие в картеле, «повлекшее за собой ущерб свыше 20 млн руб. или извлечение дохода от 100 млн руб.», придется заплатить штраф в размере до 0,5 млн руб. либо сесть в тюрьму на срок до четырех лет.

Как указывается в пояснительной записке к законопроекту, «антиконкурентные соглашения стали одной из угроз экономической безопасности государства и начали меняться качественно: срок жизни картеля увеличился в среднем до 2–3 лет и если раньше количество аукционов, охватываемых деятельностью одного картеля, исчислялось единицами и в редких случаях – десятками, то сейчас сговоры распространяются на сотни аукционов». Авторы законопроекта приводят расчеты экспертов, согласно которым «ущерб от антиконкурентных соглашений на товарных рынках и торгах составляет 1,5–2% размера ВВП ежегодно; завышение цен в случае картелей на торгах достигает 30% (начальной стоимости предмета торгов), завышение цен картелями на товарных рынках составляет 18%, трансграничными, международными картелями – 23%.

«Разработка сметных индексов для строительства космодрома «Восточный», строительство дорог и больниц, добыча водных биологических ресурсов, поставка медикаментов и медицинского оборудования, обеспечение населения продуктами питания – далеко не полный перечень стратегически важных отраслей отечественной экономики, в которых были выявлены картели, – отмечается в пояснительной записке. – Антиконкурентные соглашения проникли даже в сферу государственного оборонного заказа. В списке потерпевших от сговоров на торгах оказались такие ведомства, как Минобороны России, ФСБ России, МВД России, ФНС России, ФТС России, Счетная палата Российской Федерации, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации».

Проблема сговоров и картелей в России хорошо известна. Однако предложенное правительством решение может оказаться гораздо опаснее. Главная проблема в том, что авторы документа оперируют понятиями, которые не определены в действующем законодательстве. В частности, в УК отсутствует определение картеля. «УК РФ в ст.

178 при определении картеля отсылает к федеральному закону «О защите конкуренции», – отмечает бизнес-омбудсмен Борис Титов в письме председателю Госдумы Вячеславу Володину. – Это противоречит принципу уголовного законодательства о том, что состав преступления должен быть определен в УК.

Более того, в законе «О защите конкуренции» также отсутствует полное и однозначное определение картеля».

Еще опаснее то, что из ст. 178 УК предлагается исключить такой необходимый признак объективной стороны преступления, как ограничение конкуренции.

«Это означает, что уголовный запрет не будет требовать, чтобы картель посягал на конкуренцию, а будет запретом соглашений как таковых», – отмечается в письме бизнес-омбудсмена.

«Далеко не всегда соглашения между конкурентами действительно ограничивают конкуренцию или оказывают на нее какое-либо негативное влияние», – утверждает Титов.

После таких поправок в тюрьму можно будет посадить любого предпринимателя, который о чем-то договорился с партнером, предупреждает омбудсмен по антимонопольному законодательству Сергей Колесников. «Любое соглашение может быть расценено как картель.

При этом доказывать негативные последствия ограничения конкуренции ФАС не хочет», – отмечает он. Колесников напоминает историю 2018 г.

, когда УФАС по Свердловской области обвинило компании «Молочный кит» и «Данон трейд» в создании картеля и возбудило дело о нарушении антимонопольного законодательства.

Как объясняли в УФАС, в 2015–2017 гг. региональное министерство здравоохранения объявило три тендера на поставку молока и кефира в лечебно-профилактические учреждения. По мнению антимонопольщиков, «Молочный кит» и «Данон трейд» сговорились и организовали неконкурентные торги, в которых заключали сделки без снижения начальной максимальной цены контракта.

Согласно предписанию Свердловского УФАС, «Молочный кит» был вынужден вернуть 297 млн руб. «незаконной прибыли», «Данон трейд» – 121 млн руб. Однако позже это решение было отменено апелляционной коллегией ФАС, которая не нашла прямых доказательств картельного сговора между компаниями.

«Если бы новый законопроект тогда действовал, руководители компаний сейчас отбывали бы срок в тюрьме», – отмечает Колесников.

Мало того, подчеркивает он, в тюрьму может попасть каждый, кто предлагает госструктурам уникальный продукт, у которого нет конкурентов, или те, кто организует закупочный или торговый кооператив. «Например, предприниматель производит молочную продукцию.

Ее захотел купить закупочный кооператив – объединение мелких розничных магазинов.

Если предприниматель и кооператив заключат соглашение о поставке продукции, это будет расцениваться как картельный сговор, и неважно, что никому никакой ущерб не нанесен», – говорит Колесников.

Уполномоченный при президенте по защите прав предпринимателей предложил отделить картели на товарных рынках от сговоров на торгах и вывести картели на товарных рынках из-под уголовной ответственности; существенно повысить пороговые значения дохода и ущерба, фигурирующие в ст.

178 УК РФ; сформулировать и закрепить в законодательстве однозначное и корректное понятие картеля; сохранить в качестве обязательного условия необходимость доказывания факта ограничения конкуренции для преступлений и еще ряд поправок к новому законопроекту.

В Госдуме «Ведомостям» сообщили, что пока письмо бизнес-омбудсмена не получали, поэтому сказать, будет ли учтено его мнение при рассмотрении документа, не могут.

Теория и практика: риски уголовного преследования за картель — новости Право.ру

Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов Ответственность за картели главным образом административная. Что касается уголовной, то «чисто антимонопольный состав» в УК один, а за последние пять лет по нему было всего два приговора. Но это не значит, что сговор на торгах останется без наказания. Действуют административные статьи, а также другие уголовные составы, которые применить легче. Разбираемся, почему так происходит и что планирует изменить ФАС. Эксперты рассказывают, что еще могут вменить участнику картеля и о каких рисках стоит помнить бизнесу.

По статистике ФАС, ежегодно выносят несколько сотен решений по делам о картелях, количество привлеченных к административной ответственности юрлиц достигает 1500, сумма административных штрафов – 3 млрд руб. При этом «чисто антимонопольный состав» в Уголовном кодексе один – это ст. 178 УК («Ограничение конкуренции»). Там говорится о картеле, который повлек извлечение крупного дохода (50 млн руб.) или причинение крупного ущерба (10 млн руб.). Число дел по ней можно пересчитать по пальцам одной руки. За пять последних лет было вынесено только два приговора, оба в 2019 году. Это объясняется возможностью освободиться от уголовной ответственности при условии, что лицо первым сообщит о преступлении, поможет его раскрыть или возместит ущерб, отмечает Антон Гусев, руководитель практики уголовно-правовой защиты бизнеса Федеральный рейтинг. группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (Защита прав и судебные споры) группа Интеллектуальная собственность (Консалтинг) группа Международный арбитраж группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Цифровая экономика группа Банкротство (включая споры) (high market) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (high market) группа Международные судебные разбирательства группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Природные ресурсы/Энергетика группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Частный капитал 2место По выручке 2место По выручке на юриста (более 30 юристов) 5место По количеству юристов Профайл компании
. Кроме того, статья была частично декриминализирована, замечает Артур Большаков, управляющий партнер АБ Федеральный рейтинг. группа Уголовное право Профайл компании
. Так, сейчас действует редакция ст. 178 УК от 2015 года, она почти в четыре раза меньше по своему наполнению по сравнению с предыдущей редакцией от 2011 года. 

Узость применения нормы также связана с несовершенством законодательной конструкции состава преступления. Это так называемая бланкетная норма, говорит Большаков. В ней нет конкретных признаков преступления, а есть отсылка к другому нормативному акту, который не является уголовным законом.

Норма указывает на незаконность действий именно со ссылкой на другой закон. Например, чтобы привлечь к уголовной ответственности по ст. 178 УК, необходимо не только установить признаки ст. 11 закона о защите конкуренции, но и признаки ограничения конкуренции. Они сформулированы в п. 17 ст.

Читайте также:  Судебная практика в защиту доменного имени от захвата

4 закона о защите конкуренции. 

1) речь идет о заключении между конкурентами картельного соглашения, что запрещено ст. 11 ФЗ «О защите конкуренции»; 

2) ограничение конкуренции имеет общественно опасное последствие – п. 17 ст. 4 ФЗ «О защите конкуренции»; 

3) между деянием и последствием есть причинно-следственная связь; 

4) гражданам, организациям или государству был причинен крупный ущерб. Либо речь идет о доходе в крупном размере.

Такое понимание уголовного закона общепринятое. Его также использует ФАС.

Не только 178 УК: смежные составы 

Из-за сложности доказывания нарушения предпочитают квалифицировать по более простым статьям. Сговоры участников торгов с заказчиками «обрастают» другими преступлениями: экономическими (мошенничество, растрата, коммерческий подкуп), коррупционными (дача и получение взятки) и должностными (превышение или злоупотребление полномочиями).

Так, в 2019 году за коммерческий подкуп и сговор в рамках проведения торгов на обслуживание медицинского оборудования на сумму свыше 4 млрд руб. были наказаны замминистра здравоохранения Самарской области Альберт Навасардян и совладелец ООО «Современные медицинские технологии» Сергей Шатило.

Они получили реальные сроки – три и 3,5 года в колонии общего режима соответственно. 

Нарушения при торгах, не подпадающие под ст. 178 УК, квалифицируют по КоАП. Но потенциально они могут подпасть под УК. Например, под ст. 159 при завышении цен. Как правило, действия, выразившиеся в сговоре на торгах, квалифицируют по ч. 4 ст. 159 УК, говорит Виктория Бурковская, партнер и руководитель уголовно-правовой практики АБ Федеральный рейтинг.

группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (high market) группа Международный арбитраж группа Морское право группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Рынки капиталов группа Санкционное право группа Семейное и наследственное право группа Страховое право группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Уголовное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Частный капитал группа Экологическое право группа Банкротство (включая споры) (high market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (Защита прав и судебные споры) группа Интеллектуальная собственность (Регистрация) группа Международные судебные разбирательства группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Природные ресурсы/Энергетика группа Цифровая экономика группа Интеллектуальная собственность (Консалтинг) 1место По выручке 1место По выручке на юриста (более 30 юристов) 1место По количеству юристов Профайл компании
.

Сговор на торгах, по-моему, невозможен без манипуляции начальной максимальной ценой контракта. Как правило, именно поэтому следствие устанавливает группу лиц, в которую входят должностные лица заказчика и сотрудники компаний-поставщиков. Последние часто дают признательные показания, чтобы избежать ответственности по ст. 210 УК («Преступное сообщество»).

Виктория Бурковская, АБ «ЕПАМ»

В целом практика достаточно стабильна, подтверждает Геннадий Есаков, советник Федеральный рейтинг.

группа Уголовное право 16место По выручке на юриста (менее 30 юристов) 41место По выручке Профайл компании
, профессор НИУ ВШЭ: сговор с заказчиком расценивается как злоупотребление или превышение полномочий по ст. 285, 286 УК, при наличии взятки добавляется ст.

290 УК: «Здесь каких-то новаций нет, практика достаточно устоявшаяся. То есть создание преимущественных условий в конкурсной документации, её «заточка» под конкретного поставщика вполне подпадают под уголовный состав». 

УК также предусматривает другие составы преступлений, косвенно затрагивающих антимонопольные отношения. Например, ст. 165 УК («Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием»); ст.

183 УК («Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну»); ст. 185.3 УК («Манипулирование рынком»); ст. 185.6 УК («Неправомерное использование инсайдерской информации»); ст. 200.

5 УК («Подкуп работника контрактной службы, контрактного управляющего, члена комиссии по осуществлению закупок»); ст. 204 УК («Коммерческий подкуп») и другие. 

Процент уголовных дел, возбуждаемых по этим статьям, выше, чем по ст. 178 УК, отмечает Максим Бульба, глава практики антимонопольного права Федеральный рейтинг.

группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа Страховое право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Антимонопольное право (включая споры) группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (Защита прав и судебные споры) группа Интеллектуальная собственность (Консалтинг) группа Интеллектуальная собственность (Регистрация) группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) 18место По количеству юристов
: «Правоохранительные органы имеют обширную и сложившуюся практику расследования подобных дел. Такие составы для них «понятнее», чем картельные соглашения».

Предложения ФАС

ФАС пытается сформировать практику применения ст. 178 УК. Сегодня есть как минимум несколько процессов в судах, отмечают опрошенные «Право.ru» юристы. Такие дела могут и не повлечь уголовную ответственность, но точно способствуют дестабилизации бизнеса на неопределенный период, замечает Антон Гусев, руководитель практики уголовно-правовой защиты бизнеса Федеральный рейтинг.

группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (Защита прав и судебные споры) группа Интеллектуальная собственность (Консалтинг) группа Международный арбитраж группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Цифровая экономика группа Банкротство (включая споры) (high market) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (high market) группа Международные судебные разбирательства группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Природные ресурсы/Энергетика группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Частный капитал 2место По выручке 2место По выручке на юриста (более 30 юристов) 5место По количеству юристов Профайл компании
. Но для предпринимателей, как ни парадоксально, это лучше: по утверждению Бурковской, применение ст. 178 УК выгоднее, чем по ст. 159 УК. «Доход в крупном размере для ст. 178 равен 50 млн руб., в то же время для привлечения к ответственности по ч. 4 ст. 159 достаточно ущерба в размере 1 млн руб.», – замечает Бурковская.

Либерализация уголовной ответственности за ограничение конкуренции

Статья 178 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность за нарушения антимонопольного законодательства, считается «спящей».

Уже долгое время она выполняет функции скорее общей, нежели специальной превенции, грозя наказанием тем, кто готов посягнуть на конкуренцию. 20 марта 2015 г. вступил в силу Федеральный закон от 8 марта 2015 г.

№ 45-ФЗ «О внесении изменений в статью 178 Уголовного кодекса Российской Федерации» (далее – Закон). Смогут ли его новеллы вдохнуть новую жизнь в рассматриваемую норму?

Прежде всего, Закон уточнил наименование статьи, которое теперь сформулировано следующим образом: «Ограничение конкуренции».

При этом за скобками уголовно-правовой нормы остались недопущение и устранение конкуренции, ранее упоминавшиеся в наименовании и тексте ст. 178 УК РФ.

Однако, как представляется, эта поправка носит в большей степени технический характер и не является кардинальным изменением диспозиции статьи. 

«Недопущение», «ограничение» и «устранение» конкуренции, конечно, имеют разную смысловую нагрузку в качестве форм антиконкурентных действий и отражают разные степени минимизации состязательности на рынке.

В то же время в антимонопольном законодательстве им не присваивается какой-либо уровень противоправности или опасности для конкурентных отношений. В связи с чем за редким исключением установление и разграничение этих форм не имеет на практике квалифицирующего значения.

Более того, до сих пор Закон о защите конкуренции прямо устанавливает только признаки ограничения конкуренции и не определяет, что такое ее «недопущение» и «устранение».

Странно было бы предполагать, что преступное деяние, совершенное в форме недопущения или устранения конкуренции, уступает по своей общественной опасности ограничению конкурентных отношений в аналогичных обстоятельствах. Поэтому, на наш взгляд, новое название ст. 178 УК РФ не ведет к декриминализации недопущения и устранения конкуренции, а имеет лишь техническое значение, уточняя наименование.

Кроме того, Закон существенно изменил объективную сторону состава, исключив из него такую форму преступного деяния, как неоднократное злоупотребление доминирующим положением, повлекшее причинение крупного ущерба или извлечение дохода в крупном размере.

До внесения изменений в анализируемую статью уголовной ответственности подлежало лицо, злоупотребившее своим доминирующим положением в одной из прямо поименованных в УК РФ форм более двух раз в течение трех лет. Причем за эти действия оно должно было ранее привлекаться к административной ответственности по ст.

14.31 КоАП РФ. Следовательно, в отсутствие предшествующего привлечения к административной ответственности квалифицировать такие действия как преступление не представлялось возможным. Упраздняя эту форму из ст.

178 УК РФ, законодатель кроме прочего освободил суды от необходимости решать вопрос об административной преюдиции, который не всегда был однозначным на практике.

Исключение неоднократного злоупотребления доминирующим положением из ряда деяний, находящихся под уголовным запретом, разумеется, имеет либеральное начало и ведет к ограничению влияния уголовного законодательства на экономические отношения в целом и сферу защиты конкуренции в частности.

Читайте также:  Кассация по АПК РФ: что это и срок подачи жалобы в процессе производства дела также второго порядка, отзыв, госпошлина, образец бумаги в арбитражный и верховный суд

Эта новелла, безусловно, смягчает правовое регулирование ответственности за ограничение конкуренции, и ее можно охарактеризовать положительно, как стремление законодателя оптимизировать уголовно-правовую защиту экономических отношений.

Предположим, что одной из причин, побудивших к декриминализации злоупотребления доминирующим положением, было не только то, что ст. 178 УК РФ редко «работала», но и то, что вести борьбу с такой формой противоправного поведения возможно и наиболее эффективно с помощью административно-правовых средств, не прибегая к уголовно-правовым.

Правовые системы многих стран также не предусматривают уголовной ответственности за злоупотребление доминирующим положением, и Россия отныне пойдет по их пути.

Наконец, благодаря внесенным в ст. 178 УК РФ изменениям в уголовном законе теперь подчеркивается опасность картельных соглашений (которые действительно являются одним из серьезнейших нарушений антимонопольного законодательства): их заключение становится единственной формой антиконкурентного деяния, совершение которого влечет уголовно-правовые последствия.

Согласно новой редакции ст.

178 УК РФ лицо может быть привлечено к уголовной ответственности только за ограничение конкуренции путем заключения между хозяйствующими субъектами-конкурентами ограничивающего конкуренцию соглашения (картеля), запрещенного в соответствии с антимонопольным законодательством РФ, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо повлекло извлечение дохода в крупном размере. Предусмотренные в этой норме общественно-опасные последствия, таким образом, служат основным признаком, отграничивающим преступное заключение картельного соглашения от административно-правового нарушения. Сам же состав ст. 178 УК РФ принято считать материальным.

Обратим внимание на следующую проблему. Одной из отличительных черт норм главы 22 УК РФ («Преступления в сфере экономической деятельности»), в которую входит рассматриваемый нами состав, является их бланкетный характер.

Статья 178 Кодекса, очевидно, не исключение и заимствует свой понятийный аппарат из антимонопольного законодательства. Понятие картеля отсылает нас к ст. 11 Закона о защите конкуренции, которая устанавливает запрет на заключение ограничивающих конкуренцию соглашений между конкурентами.

Такие соглашения противоправны, если приводят к негативным последствиям для конкурентной среды: установлению и поддержанию цен, разделу товарного рынка и иным. При этом запрет на заключение картельных соглашений является запретом per se, т.е.

при наличии заключенного соглашения необязательно, чтобы его негативные последствия фактически наступили, достаточно потенциальной возможности их наступления в результате создания картеля.

Вернемся к уголовному закону. Толкование ст. 178 УК РФ в совокупности с бланкетным законодательством позволяет прийти к выводу, что преступлением может стать заключение картельного соглашения, которое не привело, а только может привести к опасным для конкуренции последствиям, но при этом фактически повлекло общественно-опасные последствия, указанные в УК РФ.

Вообразить себе, что такое происходит на практике, довольно сложно. Задача выявить и детерминировать причинно-следственную связь между соглашением, которое не привело к негативным последствиям для конкуренции, и крупным ущербом видится нам почти неосуществимой.

Заключение картельного соглашения, позволившего его участникам извлечь преступный доход в крупном размере, одновременно не причинив вреда конкуренции, — на сегодня представляется нам оксюмороном. Может быть, в будущем практика преподнесет сюрпризы и докажет, что это не так.

Но, возможно, логичным было бы закрепить в уголовном законе, что только заключение фактически ограничившего конкуренцию соглашения между конкурентами (и повлекшего общественно-опасные последствия) может стать основанием для привлечения к уголовной ответственности.

Последними поправками законодатель в десять раз увеличил пороговые значения, необходимые для квалификации ограничения конкуренции в качестве преступного деяния. Согласно новой редакции ст.

178 УК РФ крупным ущербом признается ущерб третьим лицам, превышающий 10 млн руб., особо крупным – более 30 млн руб.; доходом в крупном размере является доход свыше 50 млн руб.

, в особо крупном – свыше 250 млн руб.

Эти изменения в первую очередь должны вывести из-под угрозы уголовного преследования субъектов малого и среднего предпринимательства, чей оборот не может превысить показатели крупного или особо крупного дохода и чьи действия в меньшей степени способны привести к ущербу в размере, установленном ст. 178 УК РФ. Увеличение порогов причиненного ущерба и извлеченного в результате преступления дохода значительно снижает риск того, что сотрудники компаний будут привлечены к уголовной ответственности. Вопрос о необходимости уголовного преследования физических лиц за правонарушения, имеющие сугубо экономический, рыночный характер, неоднозначный. В связи с этим представляется, что нововведение направлено на то, чтобы защитить интересы предпринимателей, ограничив сферу действия УК РФ более значительными суммами ущерба и преступного дохода.

Закон в дополнение к уже имеющимся ввел новое условие: лицо может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно первым из числа участников картеля добровольно сообщит о совершении данного преступления.

Такое изменение, с одной стороны, может быть позитивным, так как приводит положение уголовного закона в соответствие с административно-правовой нормой, с которой правоприменитель неизбежно соприкоснется в процессе квалификации.

Кроме того, оно побуждает лицо, осознавшее совершение предусмотренного ст.

178 УК РФ преступления, сообщить об этом в уполномоченный орган, который не указан в законе, но можно предположить, что под ним подразумевается ФАС России, ее территориальные управления или непосредственно правоохранительные органы.

С другой стороны, с учетом того, насколько последствия привлечения к уголовной ответственности серьезнее по сравнению с ответственностью административной, необходимо поставить под сомнение целесообразность введения этого порядка в УК РФ. К примеру, можно проанализировать ст.

208 и 210 УК РФ, предусматривающие ответственность за участие в незаконном вооруженном формировании и преступном сообществе (преступной организации), а также ст. 282.1 и 282.2, устанавливающие ответственность за участие в экстремистском сообществе или организации.

Несмотря на то, что преступления, запрещенные перечисленными нормами уголовного закона, большинством элементов состава отличаются от преступления, предусмотренного ст. 178 УК РФ, все они имеют коллективную природу. Ограничение конкуренции путем создания картеля также всегда совершается в коллективной форме.

Тем не менее в примечаниях к перечисленным статьям освобождение участника организации (сообщества, формирования) от уголовной ответственности не ставится в зависимость от того, является ли он первым, сообщившим о преступлении. Ни одна статья Особенной части Кодекса, в том числе нормы главы 22, не содержит подобного условия.

Не упоминается такой признак и в общих положениях об освобождении от уголовной ответственности (глава 11), следовательно, он в целом не характерен для УК РФ.

На наш взгляд, внесенное в примечание к ст. 178 УК РФ изменение не согласуется с принципами института освобождения от уголовной ответственности.

Вполне вероятно, с помощью этой нормы можно технически достичь заявленных в пояснительной записке к законопроекту целей «повышения эффективности расследования картельных соглашений и создания дополнительных гарантий пресечения реализации таких соглашений на стадии их заключения».

Но ценой будет угроза правам и законным интересам лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении предусмотренного данной статьей УК РФ преступления.

Гармонизация правил освобождения от уголовной ответственности с нормами, регулирующими освобождение от административной ответственности, вызывает и иные вопросы.

Так, новая редакция комментируемой статьи прямо не предусматривает возможности освобождения от уголовной ответственности должностных лиц или иных работников юридического лица, в случае если оно было ранее освобождено от административной ответственности в порядке, установленном КоАП РФ.

Напротив, при наличии признаков совершенного преступления, предусмотренного ст. 178 УК РФ, освобождение от уголовной ответственности по основаниям, указанным в примечании к ней, возможно исключительно в рамках уголовно-правовых процедур и при совокупности всех условий.

В результате может возникнуть ситуация, когда юридическое лицо будет освобождено от административной ответственности, а его сотрудник – привлечен к уголовной ответственности. При этом вопрос, сможет ли он воспользоваться возможностью освобождения от уголовной ответственности, остается открытым.

Рассмотренные изменения в целом, разумеется, свидетельствуют о либерализации уголовной ответственности за ограничение конкуренции.

Теперь уголовное преследование возможно только в связи с одним из самых опасных нарушений антимонопольного законодательства – заключением картельного соглашения.

Увеличение порогов причиненного крупного ущерба и извлеченного дохода в крупном размере ставит довольно высокую планку, ограждающую малый и средний бизнес от уголовно-правовых санкций.

Станут ли принятые изменения поворотным этапом в практике привлечения к уголовной ответственности за ограничение конкуренции и борьбы с картелями? Точно предсказать пока трудно. Изменение материальных норм – только один из шагов на пути к приданию ст.

178 УК РФ «работоспособности». ФАС России ведет активную деятельность по усовершенствованию и оптимизации сотрудничества со следственными органами внутренних дел при расследовании картелей.

Возможно, в совокупности подобные меры смогут «разбудить» эту статью.

Но в таком случае усилится давление государства на бизнес, так как увеличится вероятность уголовно-правовых санкций. В связи с этим представляется разумным вектор на либерализацию уголовной ответственности за ограничение конкуренции и сужение спектра уголовно-правового влияния на экономические отношения, взятый при разработке и имплементации поправок в ст. 178 УК РФ.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *