Сделка, нарушающая требования закона, будет считаться оспоримой, а не ничтожной

Ответ на вопрос, какая сделка является оспоримой, достаточно прост: та, которая противоречит требованиям действующего законодательства и интересам сторон. В первую очередь, речь идет о договорах, которые заключаются финансово несостоятельными участниками рынка, то есть фактическими банкротами.

Сделка, нарушающая требования закона, будет считаться оспоримой, а не ничтожной

В статье подробно рассматриваются основания признания оспоримой сделки недействительной, примеры подобных операций и сроки давности для подачи искового заявления в суд.

Актуальность понятия оспоримой сделки объясняется тем, что ее обжалование посредством обращения в судебные органы нередко становится единственным способом защитить интересы хозяйствующего субъекта.

Важно значение имеет ответ на вопрос, какие сделки признаются оспоримыми и ничтожными. Первая объявляется таковой решением суда, а вторая не требует судебного разбирательства.

Необходимо отметить еще одну принципиальную разницу между терминами. Заключение ничтожной сделки не сопровождается никакими правовыми последствиями. Для оспариваемой ситуация полностью противоположна.

До судебной отмены действуют все положения сделки. Именно поэтому крайне важно вовремя выявить подобные операции и оспорить их осуществление в суде.

Какая сделка признается оспоримой

Сделка представляет собой операцию, в результате выполнения которой одна сторона (физическое лицо или организация) приобретает, лишается или преобразует какие-либо права или обязанности.

К оспоримым относится сделка, обладающая двумя ключевыми признаками. Первый заключается в возможности ее законного оспаривания через суд. Второй состоит в наличии у истца права обратиться в судебные органы.

Ключевой особенностью рассматриваемого термина выступает сложность юридической трактовки, следствием которой стало появление Постановление №25 Пленума ВС РФ, датированное 23 июня 2015 года. Документ разъясняет правила признания сделки оспоримой и регламентирует процедуру принятия судебного решения по этому вопросу.

Сделка, нарушающая требования закона, будет считаться оспоримой, а не ничтожной

Законодательное регулирование процедуры

Помимо приведенного выше Постановления Пленума ВС РФ, порядок признания сделки оспоримой регламентируется большим количеством других правовых документов. Наибольшее значение из них имеют следующие:

  • Постановление №6/8, изданное 1 июля 1996 года Пленумами ВС РФ и ВАС РФ;
  • ст. 288 АПК РФ. Кодекс принят после подписания №95-ФЗ от 24 июля 2002 года. Сегодня действует редакция документа, утвержденная 2 декабря 2019 года;
  • №127-ФЗ, подписанный Президентом 26 октября 2002 года и вводящий процедуру банкротства в России;
  • №229-ФЗ, принятый 2 октября 2007 года и определяющий процедуру исполнительного производства;
  • ФЗ №4015-1, изданный 27 ноября 1992 года и устанавливающий правила страхового дела в России;
  • №179-ФЗ, датированный 21 декабря 2001 года. Содержит основы государственной политики в сфере приватизации имущества, принадлежащего государству и муниципалитетам;
  • №161-ФЗ, утвержденный 14 ноября 2011 года. Включает в себя правила деятельности ГУП и МУП;
  • №1-ФКЗ, подписанный Президентом страны 28 апреля 1995 года и вводящий на территории РФ институт Арбитражных судов;
  • Постановление №6288/02, принятое Президиумом ВАС РФ 12 ноября 2002 года;
  • Постановление №5-П, изданное КС РФ 10 апреля 2003 года;
  • №208-ФЗ, утвержденный Главой государства 26 декабря 1995 года и определяющий правил работ акционерных обществ.

Виды оспоримых сделок

Базовая классификация оспоримых сделок производится положениями действующего в настоящее время ГК РФ. Признаки каждой из них описываются в отдельной статье Кодекса. Актуальная редакция документа позволяет определить несколько основных видов оспоримых сделок:

  • выходящие за рамки правоспособности юридического лица (статьи 173). Речь идет о сделках, которые не предполагаются документами внутреннего распорядка предприятия;
  • заключенные представителем или коллективным органом, не имеющим достаточных полномочий (статья 174). Пример такого лица – заместитель генерального директора, не обладающий правом подписи крупной сделки;
  • заключенные лицами, находящимися в возрасте 14-18 лет и потенциально имеющими право совершать подобные операции (статья 175), ограниченными в дееспособности решением суда (статья 176) или не понимающими значение совершаемых действий (статья 177). Во всех перечисленных случаях сделка признается оспоримой, так как одна из сторон не имеет прав на ее совершение;
  • заключенные лицами, введенными в заблуждение (статья 178), значение которого является определяющим;
  • заключенные лицами, обманутыми или находящимися под влиянием насилия, угрозы или каких-либо других тяжелых обстоятельств (статья 179).

Последний пункт списка заслуживает отдельного и более детального рассмотрения. Сделки под давлением (типичный пример — заключение договора о продаже или дарении недвижимости с так называемым «черным» риэлтором) справедливо считаются распространенным явлением.

Их главная особенность состоит в том, что сделка не только признается оспоримой с отменой всех правовых последствий ее заключения, но и виновное лицо привлекается к уголовной ответственности, причем нередко по тяжким статьям.

Примеры оспоримой сделки

Крайне важно понимать, что любая сделка теоретически может стать оспоримой. Для этого необходимо наличие обстоятельств, детально рассмотренных в предыдущем разделе. Типичный пример оспоримой сделки – покупка квартиры у так называемых «черных» риэлторов.

Она сопровождается очевидным обманом покупателя, считающего приобретение законным. В то же время, целью действий второй стороны является получение прибыли, причем с явным нарушением законодательства.

Для получения объективного представления о правовом характере рассматриваемого понятия необходимо привести примеры сделок – как ничтожной, так и оспоримой:

  • оспоримая – заключение договора под угрозой насилия. Требуется доказать факт угрожающих действий с одной из сторон;
  • ничтожная – заключение договора дарения квартиры родственнику без фактической передачи недвижимости. Операция не имеет правовых последствий, так как прежний хозяин продолжает жить в помещении, платить за жилье налоги и коммунальные платежи;
  • еще один пример ничтожной сделки – заключение договора продажи жилья лицом, не достигшим 14-летнего возраста. В этом случае не требуется никаких доказательств, так как подобные операции без участия опекуна не предусмотрены законодательством.

Сделка, нарушающая требования закона, будет считаться оспоримой, а не ничтожной

Оспаривание сделок при банкротстве

Нередко термин «оспариваемые сделки» применяется к банкротству. Это объясняется тем, что подобные неправомерные действия часто предпринимаются компаниями и физическими лицами, которые имеют серьезные финансовые проблемы. Инициатором признания сделки оспоримой в ходе банкротства выступают:

  • управляющий, который может выступать как самостоятельно, так и представителем кредиторов;
  • альтернативный представитель интересов кредиторов, непосредственно один или группа кредиторов, если они считают, что арбитраный управляющий не способен защитить их интересы;
  • сторона сделки.

Ключевой правовой нюанс: оспоримые сделки в ходе банкротства физических лиц практически ничем не отличаются от аналогичных для организаций. При этом особенно заметную роль при принятии судебного решения играют основания совершения тех или иных действий.

Основания для отнесения сделки к оспариваемым
Вид сделки
Подозрительная (№127-ФЗ, статья 61.2) С предпочтением (№127-ФЗ, статья 61.3)
Неравноценная Заключение в течение года до подачи заявления на банкротство. Обязательства участников неравноценны, в том числе – в отношении цены или других базовых параметров сделки Возможность предпочтения Заключение в течение месяца до подачи заявления на банкротства или после этого. Результат совершения сделки предоставляет кредитору преимущество над другими
Вредная Заключения в течение 3 лет до и после подачи заявления на банкротство. Цель заключения – причинение умышленного ущерба кредиторам. Дополнительные условия – признание второй стороны заинтересованной и ее информированность об обстоятельствах сделки Факт предпочтения Заключение в течение полугода до принятия заявления на банкротство. Дополнительное условие — вторая сторона осведомлена о финансовой несостоятельности должника

Какие сделки можно аннулировать

С некоторой долей условности оспариваемые сделки можно разделить на три категории. Каждая из них обладает собственными особенностями:

  1. Купля-продажа. Самый распространенный вид оспариваемых сделок. Именно с договоров купли-продажи начинается проверка деятельности банкрота – не важно, физического лица или организации. В числе наиболее показательных признаков подобных сделок выделяются такие:
    1. продажа товара или услуги по цене, заметно меньшей, чем среднерыночная;
    2. знакомство участников сделки;
    3. информированность второй стороны о наличии финансовых проблем первой.
  2. Договор дарения. Суть подобной сделки – безвозмездная передача прав собственности. Заключение такого договора способно нанести существенный ущерб другим кредиторам должника, что становится достаточным основанием для его оспаривания.
  3. Другие. Как уже было отмечено выше, оспариваемой может быть признана практически любая сделка. Наиболее типичными из них являются такие:
    1. брачный контракт;
    2. мировое соглашение, фиксирующее раздел общего имущества супругов при разводе;
    3. начисление премий, подлежащих к выплате со стороны ИП;
    4. списание денежных средств со счета ИП или организации;
    5. перечисление финансовых ресурсов третьим лицам по заключенным с ними соглашениям;
    6. продажа доли в предприятии;
    7. отказ от права наследования, в том числе – в пользу третьих лиц.

Признание оспоримой сделки недействительной

Одним из результатов отнесения сделки к оспоримым становится возможность признания недействительной. Процедура вынесения подобного решения регламентируется статьей 166 ГК РФ. Основными правовыми особенностями признания оспоримой сделки недействительной выступают:

  • оспоримая сделка признается недействительной исключительно по судебному решению;
  • требование о признании оспоримой сделки недействительной выдвигается либо ее стороной, либо лицом, указанным в законодательстве. Еще один допустимый вариант – представитель лица, являющегося одной из сторон сделки;
  • судья также имеет право выступать инициатором признания сделки недействительной, когда подобные действия предусмотрены законодательством или необходимы для защиты интересов, являющихся публичными;
  • заявитель по делу о признании сделки недействительной должен действовать добросовестно, в противном случае его заявление не имеет правового значения.

Использованные в тексте ГК РФ формулировки не допускают неоднозначной трактовки. Тем не менее, дела о признании оспариваемой сделки недействительной заслуженно считаются одними из самых сложных.

Дело в том, что большая их часть предусматривает необходимость доказывания умысла или информированности одной из сторон, что сделать в сегодняшних условиях крайне непросто.

Читайте также:  Работник злоупотребляет своими правами. как доказать в суде его недобросовестность

Сроки исковой давности

Срок исковой давности по оспоримым сделкам определяется ГК РФ и конкретно статьей 181. Он равняется одному году. Именно такой временной период предоставляется заинтересованным сторонам для того, чтобы подать заявление в судебные органы.

Важное значение для рассматриваемого вопроса имеет дата отсчета срока признания оспоримой сделки недействительной. Она начинается либо с момента прекращения незаконного воздействия (угрозой, насилием, введением в заблуждение) на одну из сторон или ее информирования об обстоятельствах сделки, позволяющих считать ее неправомерной.

Необходимо отметить еще одно существенное отличие между оспоримыми и ничтожными сделками. Для вторых срок исковой давности установлен на уровне 3 года. Срок оспоримых сделок, как уже было отмечено, заметно короче и составляет всего 1 год.

Последствия оспоримой сделки

Решение судьи об отмене оспариваемой сделки имеет несколько серьезных последствий. Первое и самое очевидное из них – восстановление права собственности на имущество, отчужденное по договору купли-продажи, обмена, дарения и т.д. Другими не менее существенными последствиями недействительности оспоримой сделки становятся:

  • включение имущества в формируемую арбитражным управляющим конкурсную массу;
  • возобновление требований покупателя к должнику, нарушившему закон в ходе заключения оспариваемой сделки;
  • включение покупателя в реестр кредиторов, что особенно важно в ходе процедуры признания должника банкротом.

Учитывая серьезность последствий признания оспоримых сделок недействительными, необходимо привлекать к делу профессиональных юристов. Квалифицированная помощь специалистов позволит защитить интересы участников подобных сделок с минимальными негативными последствиями и разумным уровнем сопутствующих финансовых расходов.

Сделки, нарушающие требования закона, и последствия их совершения

Здравствуйте, уважаемые читатели! С 1 сентября 2013 года ст. 168 ГК РФ действует в новой редакции, об которую сломано немало копий. Сделки, нарушающие требования закона стали оспоримыми. Если сравнивать с евпропейскими правопорядками, то там обычно противозаконные сделки являются ничтожными.

Давайте посмотрим, как сейчас работает ст. 168 ГК РФ. До реформы она была популярной и суды активно её применяли. А сейчас?

Именно частое применение этой нормы стало причиной для её изменения. Разработчики справедливо считали, что это ставит под угрозу стабильность и предсказуемость гражданского оборота. Правда изначально они предлагали не совсем то, что в итоге получилось. Возможно их не так поняли?

Оспоримость вместо ничтожности

Опасения разработчиков были обоснованными. Когда реформа только обсуждалась, дела о признании сделок недействительными по ст. 168 ГК РФ были широко распространены. Эту норму в старой редакции любили должники — при малейшей возможности они заявляли в суде возражения о ничтожности сделки.

По старой редакции ничтожной являлась «сделка, не соответствующая требованиям закона». Толковали это несоответствие порой очень широко.

Например, несоответствие закону находили даже в недобросовестности директора при заключении сделки. Мол, по закону директор должен был действовать добросовестно, а раз нет, то сделка закону не соответствует, она ничтожна. Но по уму в такой ситуации последствием должно быть взыскание с недобросовестного директора причиненных убытков.

Поэтому Концепция совершенствования общих положений ГК РФ предлагала уточнить норму, чтобы сузить возможности по признанию сделок недействительными, когда эта мера является неоправданной и несоразмерной характеру и последствиям нарушения.

Сделка, нарушающая требования закона, будет считаться оспоримой, а не ничтожнойИллюстрация: pixabay.comИзначально в тексте законопроекта шла речь о ничтожности сделки, нарушающей запрет закона. Такой же подход принят за рубежом. Но этот вариант раскритиковали на этапе обсуждения и велели переписать.

В итоге вместо «запрет закона» написали «требования закона» и сделали оспоримость незаконных сделок общим правилом.

Из текста ст. 168 следует, что она применяется не только при нарушении сделкой норм законов, но и других правовых актов. Для краткости я везде буду говорить только про незаконные сделки.

Воспринята новая редакция ст. 168 ГК РФ была в основном негативно. Цель была достигнута. Количество споров о недействительности незаконных сделок снизилось.

Но способ был выбран неудачный. Мы получили оспоримость незаконной сделки вместо ничтожности в качестве общего правила. Теперь если пункт договора, нарушающий императивную норму закона, не оспорен в суде, он продолжает действовать и стороны обязаны его исполнять.

То, что в ст. 168 ГК РФ речь идет именно о нарушении императивных норм, довольно очевидно. Диспозитивную норму нарушить сложно, поскольку она изначально предполагает возможность предусмотреть иное правило поведения, отличное от указанного в ней.

В итоге договор как бы оказывается сильнее закона. На этот случай есть оговорка, что в некоторых случаях сделка, нарушающая закон, является все же ничтожной. Как говорится, нет правил без исключений и ими воспользовался Верховный суд.

Когда незаконная сделка является ничтожной?

Ничтожность сделки, нарушающей требования закона, может прямо устанавливаться законом. Перечень этих случаев приводит п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»:

  • соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица (п. 5 ст. 53.1 ГК РФ);
  • соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности по его обязательствам (п. 3 ст. 75 ГК РФ);
  • сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (ст. 169 ГК РФ);
  • мнимая или притворная сделка (ст. 170 ГК РФ);
  • сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (п. 1 ст. 171 ГК РФ);
  • соглашение о переводе долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (п. 2 ст. 391 ГК РФ);
  • заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (п. 4 ст. 401 ГК РФ);
  • договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (п. 3 ст. 572 ГК РФ);
  • договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (п. 3 ст. 596 ГК РФ);
  • кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ);
  • публичный договор, устанавливающий разные цены для потребителей одной категории или противоречащий обязательным правилам, изданным уполномоченными органами (п. 5 ст. 426 ГК РФ).

Вторая ситуация ничтожности имеет место, когда сделка не только нарушает требования закона, но при этом еще и посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Встает вполне закономерный и логичный вопрос: что следует понимать под публичными интересами?

В самом ГК РФ законодатель не счел нужным это пояснять, отдав вопрос на откуп судебной практике. Пленум ВС РФ раскрыл понятие публичных интересов в п. 75 постановления № 25.

Публичные интересы — это, в частности, интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, обороны и безопасности государства, охраны окружающей среды.

ВС РФ отмечает, что публичный интерес и интерес публично-правового образования — не одно и то же. Нарушение интересов последнего еще не означает, что нарушен публичный интерес. Точно также не свидетельствует о его нарушении несоответствие сделки законодательству.

Сделка, нарушающая требования закона, будет считаться оспоримой, а не ничтожнойИллюстрация: pixabay.comКроме этого, ВС РФ связал с публичным интересом, а значит и с ничтожностью, явно выраженный законодательный запрет. Уже здесь он «подтягивает» норму закона к тому смыслу, который подразумевали в начале реформы.

ВС РФ в своих разъяснениях ограничился перечислением пары примеров: залог или уступка требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (п. 1 ст. 336, ст. 383 ГК РФ), страхование противоправных интересов (ст. 928 ГК РФ).

Тем не менее под нарушением законодательного запрета следует понимать нарушение любой императивной нормы. В отличие от диспозитивной она не предполагает свободы усмотрения. Любая императивная норма представляет собой властное предписание, которое все должны неукоснительно соблюдать.

Тема явно выраженного законодательного запрета тесно связана со свободой договора. И здесь уместно обратить внимание на разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

В п. 2 этого постановления указано, что норма является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой права, в частности:

  • прямо указано, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается;
  • стороны вправе отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону;
  • запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы.

По поводу императивности или диспозитивности некоторых норм могут возникать споры. Постановление Пленума ВАС РФ № 16 в таких случаях рекомендует исходить из существа и целей законодательного регулирования.

Суд не должен ограничиваться буквальным значением слов и выражений, которыми написана норма. Нужно представить себя на месте законодателя и понять, что он имел в виду и чего хотел, устанавливая спорную норму.

Такое целевое толкования закона называют телеологическим.

Случаи законодательного запрета не исчерпываются нормами, в которых прямо написаны слова «запрещено», «не допускается» и им подобные. Это еще и когда мы читая норму понимаем, что в определенной ситуации что-то делать нельзя или, наоборот, нужно поступать предписанным образом.

И если мы приходим к выводу, что спорная норма является императивной, то это следует воспринимать, как явно выраженный запрет закона делать по-другому. А значит при его нарушении сделку нужно квалифицировать, как ничтожную, посягающую на публичные интересы.

Читайте также:  Как уволить сотрудника за прогулы, если он не является на работу

Сделка, нарушающая требования закона, будет считаться оспоримой, а не ничтожнойИллюстрация: pixabay.comСогласитесь, выглядит дико, если считать оспоримой сделку, нарушающую императивную норму. При отсутствии отдельного судебного решения о её недействительности суд едва ли не становится соучастником нарушения. Он вынужден признавать за незаконной сделкой юридическую силу и принудительно приводить её в исполнение.

В этом смысле разъяснения п. 74 Постановления Пленума ВС РФ № 25 почти полностью исправляют такую ситуацию. Оно, кстати, фактически вводит еще одно основание ничтожности, которое прямо в ст. 168 ГК РФ не прописано, но по мнению Верховного суда должно применяться.

Итак, в п. 74 Постановления Пленума ВС РФ № 25 сказано, что незаконная сделка является ничтожной, если она посягает на публичные интересы и на права и интересы третьих лиц. Но к этому ВС РФ в абз. 2 п. 74 добавляет еще и третий вариант:

«Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность».

Существо законодательного регулирования связано с целью толкуемых норм. Это некие базовые основы, от которых стороны не могут отступить. И их нарушение не обязательно должно быть связано с публичным интересом или правами третьих лиц.

ВС РФ приводит в пример договор доверительного управления. Ничтожным будет условие, по которому по истечении срока договора переданное имущество переходит в собственность доверительного управляющего.

Напрямую ГК РФ этого не запрещает. Но это условие противоречит существу законодательного регулирования договора доверительного управления, которое предполагает передачу имущества доверительному управляющему в управление на определенный срок, а не передачу ему в собственность.

Про существо законодательного регулирования говорится также в п. 3 уже упоминавшегося Постановления Пленума ВАС РФ № 16 (советую внимательно его изучить, это, без преувеличения, эпохальный документ и его следует хорошо знать). Там указано, что даже диспозитивность нормы может быть ограничена определенными пределами, за рамки которых выходить нельзя.

Например, п. 2 ст. 610 ГК РФ предусматривает право каждой из сторон договора аренды, заключенного на неопределенный срок, немотивированно отказаться от договора. В ней нет прямого запрета установить иное соглашением сторон. Но существо законодательного регулирования договора аренды заключается в передаче имущества во временное владение и пользование или во временное владение.

Поэтому стороны такого договора аренды не могут исключить право на отказ от него, поскольку тогда передача имущества во владение и пользование фактически утратит временный характер.

По аналогии можно продолжить дальше. Существо законодательного регулирования договора купли-продажи состоит в возмездной передаче имущества в собственность. Если договор не предусматривает передачи в собственность, то это нарушает существо законодательного регулирования и соответствующее условие будет ничтожным.

Если всё это понимать именно таким образом, то Пленум ВС РФ разъяснениями в п. 74 и 75 постановления № 25 просто уничтожил оспоримость незаконных сделок.

Нарушение сделкой императивных норм закона можно квалифицировать либо как нарушение публичных интересов (нарушение явно выраженного законодательного запрета), либо как нарушение существа законодательного регулирования. И тогда ни о какой оспоримости незаконных сделок говорить нельзя, они всегда будут ничтожными.

Но есть иная точка зрения, по которой законодательный запрет не всегда бывает явно выраженным. По мнению сторонников этого подхода явно выраженный запрет закона следует воспринимать формально: он есть, только когда в норме прямо написано «нельзя», «запрещено», «не допускается» и т. п. Тогда уже могут быть ситуации, когда противозаконная сделка будет оспоримой по п. 1 ст. 168 ГК РФ.

Но тогда мы столкнемся с ворохом проблем, некоторые из которых были описаны выше.

В разных книгах, х и статьях вы можете найти разные точки зрения. Какая ближе вам? Пишите свое мнение в х. А еще подписывайтесь на рассылку и страницу «ВКонтакте» или мой Telegram-канал, чтобы не пропускать новые статьи.

Надеюсь, статья была полезной и тема недействительности незаконных сделок стала для вас чуточку понятнее. До встречи в новых статьях!

Недействительность сделок в гражданском законодательстве

6 мая 2020 г. 18:13

Адвокатам рассказали о том, что понимать под сделкой, основаниях признания ее недействительной и оспоримой, а также спорных аспектах в действующем законодательстве

6 мая Федеральная палата адвокатов РФ провела очередной обучающий вебинар. С лекцией на тему «Недействительность сделок в ГК» выступил главный редактор Журнала РШЧП, руководитель образовательных программ Lextorium.

com, профессор и директор Центра сравнительного права НИУ «Высшая школа экономики», арбитр МКАС, Арбитражного центра при РСПП, действительный государственный советник юстиции 2 класса, кандидат юридических наук Андрей Егоров.

В начале выступления спикер напомнил, что согласно ст. 153 ГК РФ под сделками понимаются действия граждан и юридических лиц, направленные на возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей.

По мнению Андрея Егорова, в данном определении отсутствует очень важный признак, что сделкой признается действие, не просто направленное на возникновение правовых последствий, но и способное породить их только потому, что на это есть воля субъекта.

Очень важно, заметил ученый, отличать сделки от действий, которые не являются сделками, – определяющим критерием в данном случае выступает наличие объективных действий лица, порождающих правовые последствия, при этом его намерение не имеет значения.

Верховный Суд РФ в п. 50 Постановления Пленума от 23 июня 2015 г.

№ 25 указал, что для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки). Спорным моментом здесь, по мнению эксперта, является признание долга. Так, ВС РФ считает, что это сделка, в то время как согласно классической теории сделкой это не является. Поэтому ВС РФ, назвав признание долга сделкой, либо ошибся, либо имел в виду что-то иное (например, только такой вид признания долга, который происходит уже после наступления исковой давности (ст. 206 ГК РФ)).

Была рассмотрена и такая категория сделок, как сделки, требующие восприятия.

Лектор отметил, что эта разновидность сделок характерна только для односторонних сделок, которые подразделяются на требующие восприятия (акцепт, отказ от договора, зачет) и не требующие его (завещание, решение о создании юридического лица) – это важно понимать, чтобы разобраться, с какого момента сделка считается совершенной. Большинство односторонних сделок, добавил Андрей Егоров, относятся к сделкам, требующим восприятия. Таким образом, если сделка совершена, воля стороны изъявлена, но адресат, для которого данная сделка порождает правовые последствия, не уведомлен об указанном волеизъявлении (например, не получил соответствующее письмо), сделка считается недействительной (в смысле – не производит правовых последствий).

Касательно сделок при банкротстве ученый отметил, что по общему правилу исполнение обязательств не является сделкой, при этом нужно обратить внимание на то, в чем состоит соответствующее исполнение.

Андрей Егоров пояснил, что при банкротстве в российском праве оспариваются именно сделки – преференциальные, фраудаторные (подозрительные) и сделки с неравноценным встречным исполнением (ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве).

В связи с этим возникает вопрос: что понимается под сделками в банкротном праве? Чаще всего, добавил спикер, под ними понимается исполнение обязательств, и оно также может оспариваться (за исключением, разве что сугубо фактических действий типа чтения лекций и прочих услуг).

Лектор подчеркнул, что при банкротстве понятие оспариваемой сделки должно быть гораздо шире, чем общегражданское понятие сделки.

По его мнению, в данном случае правильнее было бы поступать так же, как предусмотрено романо-германской правовой системой, – назвать акты, оспариваемые при банкротстве, юридическими действиями, а не сделками.

В эту категорию, добавил Андрей Егоров, подпадает многое из того, что в гражданском праве не признается сделкой. Например, в романо-германском праве разрешается оспаривать незаявление о пропуске исковой давности, в то время как российское банкротное право испытывает с этим сложности.

«Банкротное право – это ²вещь в себе²», – подчеркнул Андрей Егоров, добавив при этом, что в российском гражданском праве есть множество ситуаций, когда один и тот же термин понимается по-разному, в разных контекстах и разных обстоятельствах.

Были также рассмотрены обязательственные и распорядительные сделки – еще одна доктринальная классификация, которая имеет прикладной характер. По словам спикера, практическое значение распорядительных сделок очень велико. Распорядительные сделки, пояснил он, – акты распоряжения правом (в частности, передача данного права, его обременение или прекращение.

Причем это не только перенос права собственности, но и отказ от него, заявление о снятии залога, заявление о зачете, односторонний отказ от договора). Для таких сделок предусмотрены особые основания недействительности: отсутствие права, которым распоряжается субъект правоотношений, а также отсутствие распорядительной власти.

На них распространяется принцип «никто не может передать больше прав, чем имеет сам».

Спикер привел примеры вариантов ограничения распорядительной власти. Так, согласно ГК РФ сдать вещь в аренду может только собственник. «Это грубая ошибка действующего правопорядка», – считает Андрей Егоров.

Дело в том, пояснил он, что ограничения, присущие распорядительным сделкам, установлены для аренды, в то время как аренда является не распорядительной сделкой, а обязательственной. Ученый добавил, что Высший Арбитражный Суд РФ в Постановлении Пленума от 17 ноября 2011 г.

Читайте также:  Ипотека за счет компании. на что может претендовать работник после увольнения

№ 73 попытался исправить эту ошибку, однако получилось лишь сильно сократить ее применение, но не отменить данную норму в целом.

Далее эксперт пояснил разницу между ничтожной и оспоримой сделками. Так, последняя оспаривается только в суде, а первая является недействительной независимо от решения суда.

По словам Андрея Егорова, ранее действовало правило о том, что ничтожной признается сделка, которая нарушает закон, а остальные сделки относятся к оспоримым. «Это было не очень удачное решение, – полагает он. – Во-первых, было непонятно, что такое ²сделка, не соответствующая требованиям закона².

Во-вторых, практика выявила много случав, когда по существу сделка должна быть оспорима, но закон ²забыл² назвать ее таковой (например, крупные сделки и сделки, в совершении которых имеется заинтересованность). Сейчас ст.

168 ГК РФ содержит правило, согласно которому сделка является оспоримой, и всего два критерия, по которым сделка признается ничтожной. Но это, по мнению спикера, еще более грубая ошибка, чем было раньше.

В связи с этим эксперт призвал адвокатов, столкнувшихся на практике с указанной нормой, бороться за решение этой проблемы. По общему правилу, подчеркнул он, сделка, совершенная в нарушение закона, должна быть ничтожна. В Постановлении ВС РФ № 25 (п.

74 и 75) фактически была произведена «контрреволюция», которую можно охарактеризовать в положительном ключе. Согласно п.

74 данного постановления «договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Например, ничтожно условие договора доверительного управления имуществом, устанавливающее, что по истечении срока договора переданное имущество переходит в собственность доверительного управляющего».

Также, как отметил лектор, если нарушено существо законодательного регулирования, сделка признается ничтожной, и это «мостик», проложенный из Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г.

№ 25 к Постановлению Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г.

№ 16 о свободе договора и ее пределах, где также подчеркивается, что свобода договора заканчивается там, где начинается существо законодательного регулирования.

При этом, добавил Андрей Егоров, особое значение имеет п. 75 Постановлении ВС РФ № 25, где речь идет о публичных интересах. Они понимаются весьма широко – как нарушение любой императивной нормы, содержащей запрет закона. Спикер подчеркнул, что запрет закона – особая техника, характерная для романо-германского правопорядка.

«Совершенно правильная идея, что запретом закона признается нарушение публичного интереса при совершении сделки», – отметил он.

Лектор добавил, что запрет закона не следует путать с императивной нормой: это такая техника, при которой можно признать недействительной сделку, которая нарушает то, за что законодатель хотел наказать ее недействительностью. Данный вопрос решается по усмотрению судьи.

Подробнее практики и судьи могут посмотреть об этом в проекте концепции совершенствования общих положений Гражданского кодекса, который был опубликован весной 2009 г. (Вестник ВАС РФ № 4) и доступен на сайте Исследовательского центра частного права.

Еще одна идея лектора заключалась в том, что ст. 169 ГК РФ нужна для того, чтобы признать недействительной сделку, которая прямо не запрещена законом, но противоречит «духу права». Данная статья, полагает он, имеет большой потенциал в экономическом обороте.

Несмотря на то что детально Постановление ВС РФ № 25 не решает указанную выше проблему (например, в п. 85), «росток» правильного толкования ст. 169 ГК РФ заложен в его абз. 3 п. 17. Кроме того, имеет место конкуренция двух правовых оснований ничтожности сделок – ст. 10 и 168 ГК РФ, с одной стороны, и ст.

169 ГК РФ – с другой. Эксперт подчеркнул, что практика признания сделок ничтожными по ст. 10 и 168 была создана Президиумом ВАС РФ в Постановлении Президиума ВАС РФ от 20 мая 2008 г. № 15756/07 и далее закрепилась тогда, когда ст.

169 ГК РФ фактически не применялась судами (ввиду наличия в ней штрафной санкции – конфискации в доход государства).

В современной ситуации статья 169 ГК РФ должна быть восстановлена в своих правах, а практика оспаривания по ст. 10 и 168 ГК РФ должна постепенно сходить на нет.

В заключение спикер ответил на многочисленные вопросы участников вебинара.

С сопроводительными материалами к лекции можно ознакомиться здесь.

Обращаем внимание, что сегодня, 6 мая, вебинар будет доступен до 00.00 (по московскому времени). Повтор трансляции состоится в понедельник, 11 мая.

Татьяна Кузнецова

​ВС дал разъяснения о ничтожных контрактах

Верховный суд РФ представил обзор судебной практики по спорам, касающимся конфликта интересов между заказчиком и участником госзакупки (п. 9 ч. 1 ст. 31 закона №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»). Этот документ 28 сентября утвержден президиумом ВС.

В обзоре дается толкование по 10 проблемным аспектам разрешения дел данной категории. В частности, ВС разъясняет, что соответствие участника закупки требованиям, предусмотренным законом №44-ФЗ, на момент выявления победителя не имеет правового значения в случае, если участник закупки не соответствовал этим требованиям на момент подачи заявки для участия в электронном аукционе.

Кроме того, не допускается понуждение заказчика к исполнению контракта, если после его заключения установлено, что поставщик (подрядчик, исполнитель) не соответствует требованиям об отсутствии конфликта интересов, предъявляемым к участникам закупки, что позволило ему стать победителем. В этом случае отказ заказчика от исполнения контракта, по правилам ч. 15 ст. 95 закона №44-ФЗ, является правомерным.

Также ВС отмечает, что государственный (муниципальный) контракт, заключенный победителем торгов и заказчиком при наличии между ними конфликта интересов, является ничтожным (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Участник закупки, не признанный победителем торгов, обратился в арбитражный суд с иском к сторонам муниципального контракта о признании его недействительным. Стороны контракта в возражениях на иск ссылались на отсутствие законного интереса заявителя в оспаривании указанной сделки.

Суд первой инстанции, установив факт наличия между заказчиком и поставщиком конфликта интересов, исковые требования удовлетворил.

Согласно положениям п. 1 ст. 168 ГК по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой.

В то же время сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК).

Посягающей на публичные интересы является в том числе сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом (соответствующая правовая позиция содержится в п. 75 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Ч. 2 ст.

8 закона №44-ФЗ установлен такой законодательный запрет: запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям закона №44-ФЗ, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок. К указанным требованиям относятся также требования, содержащиеся в п. 9 ч. 1 ст. 31 закона №44-ФЗ.

Таким образом, оспариваемый муниципальный контракт, который заключен при наличии конфликта интересов между заказчиком и поставщиком, нарушает прямо выраженный законодательный запрет, установленный ч. 2 ст. 8 во взаимосвязи с п. 9 ч. ст. 31 закона №44-ФЗ, тем самым посягает на публичные интересы.

Судом также отмечено, что из-за несоблюдения процедуры закупок нарушаются права третьих лиц – участников закупки, с которыми муниципальный контракт не заключен, вследствие предоставления преимущества лицу, не соответствующему требованиям закона №44-ФЗ.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что заключенный предприятием и обществом муниципальный контракт в силу п. 2 ст. 168 ГК является ничтожным, как нарушающий запрет, установленный п. 9 ч. 1 ст. 31 закона №44-ФЗ, и посягающий на публичные интересы и права третьих лиц.

Применительно к рассматриваемой ситуации, по смыслу ст.

167 ГК, вследствие недействительности муниципального контракта каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) – возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. При этом применение двусторонней реституции должно обеспечить возврат в первоначальное положение всех сторон сделки.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *