Состязательность сторон в уголовном процессе

Уголовно-процессуальное законодательство включает состязательность сторон в систему основных принципов уголовного судопроизводства.

Конституция РФ признает состязательность и равноправие сторон одним из ведущих начал организации уголовного судопроизводства (ч. 3 ст. 123).

Осуществление принципа состязательности означает такое построение уголовного судопроизводства, когда функции обвинения и защиты разграничены между собой, отделены от судебной деятельности и выполняются сторонами, использующими равные процессуальные права для отстаивания своих интересов.

Под сторонами в уголовном процессе понимаются участники уголовного судопроизводства, имеющие противоположные процессуальные интересы и наделяемые законом необходимыми правами для их отстаивания. Закон определяет носителей основных процессуальных функций.

Функция обвинения осуществляется одной стороной (к ней причастны прокурор, потерпевший, частный обвинитель, гражданский истец), а функция защиты — другой стороной, представленной обвиняемым, подсудимым, его защитником, представителем, гражданским ответчиком.

Функция разрешения дела принадлежит исключительно суду. Она отделена от функций обвинения и защиты. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты. Суд обязан создавать организационные и процессуальные условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Этим принципом УПК РФ устанавливает правовой статус лиц, представляющих в уголовном процессе стороны обвинения и защиты, исходя из существа возлагаемых на каждую из этих сторон процессуальных функций, обеспечивая тем самым их реальное разделение.

УПК РФ подтверждает, что функции обвинения, защиты и разрешения дела не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо (ч. 2 ст. 15 УПК РФ).

В настоящее время всеобщность действия принципа состязательности находит свое выражение в тех полномочиях, которыми закон наделяет субъектов уголовно-процессуальной деятельности, в тех производствах на досудебных стадиях процесса, когда стороны обращаются к суду для разрешения возникших противоречий.

Наиболее полное процессуальное выражение принцип состязательности находит в регулировании порядка предварительного слушания при подготовке к судебному заседанию, общих условий судебного разбирательства, различных этапов судебного разбирательства. Гарантией реализации названного принципа является установление обязательности участия обвинителя в судебном разбирательстве и защитника.

Равноправие сторон обвинения и защиты перед судом означает такое построение уголовного судопроизводства, когда при рассмотрении уголовных дел обеспечиваются равные возможности для сторон по отстаиванию своих прав и законных интересов. Процессуальное равноправие распространяется не только на анализ фактических обстоятельств дела, но и на обсуждение всех возникающих в судебном разбирательстве юридических вопросов.

При последовательном осуществлении принципа состязательности суду запрещается участвовать в изобличении подсудимого, т.к. суд не является органом уголовного преследования и не может выступать на стороне обвинения или защиты.

Занимая руководящее положение в процессе, сохраняя объективность и беспристрастность, суд должен руководить судебным разбирательством, устранять всякую информацию, прямо не относящуюся к исследуемым обстоятельствам дела, пресекать попытки нарушить порядок в судебном заседании.

принцип состязательности и равноправия сторон —состязательность как принцип правосудия означает такое построение процедуры осуществления данного вида гос. деятельности, которое обеспечивает при рассмотрении гражданских или уголовных дел в судебных заседаниях равные возможности участвующих в таком рассмотрении лиц по отстаиванию защищаемых ими прав и законных интересов.

Как «дискреционные полномочия» следователя нарушают принципы состязательности и равенства сторон

Уголовное судопроизводство по смыслу ст. 6 УПК РФ предназначено для защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Уголовное преследование и назначение виновному лицу справедливого наказания отвечают назначению уголовного судопроизводства в той же мере, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно ему подвергся.

Принцип состязательности сторон является одним из основополагающих принципов уголовного судопроизводства и закреплен в ст. 15 УПК РФ.

Функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или должностное лицо.

Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты, а обязан создавать условия для осуществления сторонами предоставленных им прав и исполнения процессуальных обязанностей. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

Согласно ст.

16 УПК РФ подозреваемому (обвиняемому) обеспечивается право на защиту. Суд, прокурор, следователь и дознаватель обязаны разъяснять указанному лицу его права и обеспечивать возможность защищаться всеми не запрещенными уголовно-процессуальным законодательством средствами и способами.

Перечисленные положения общих норм УПК РФ согласуются по смыслу с Конституцией РФ. Из Определения Конституционного Суда РФ от 4 ноября 2004 г. № 430-О следует, что согласно ч. 3 ст.

123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, что предполагает предоставление сторонам обвинения и защиты равных процессуальных возможностей по отстаиванию их прав и законных интересов.

Как неоднократно указывал КС РФ, гарантией судебной защиты и справедливого разбирательства является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести их позицию относительно всех аспектов дела до суда, поскольку только при этом условии в судебном заседании реализуется право на защиту, которая должна быть справедливой, полной и эффективной.

Таким образом, «конечный продукт» уголовного судопроизводства – справедливое, качественное итоговое решение, основанное на фактических данных и правильном применении закона.

Фактические данные, на основе которых оно принимается, должны быть собраны с учетом равенства сторон (при условии возможности защищаться всеми не запрещенными УПК РФ способами и средствами) и на основе предоставленной сторонам реальной возможности довести их позицию до суда.

Однако на практике так бывает далеко не всегда, и одной из причин вынесения некачественных судебных решений в уголовном судопроизводстве, несмотря на провозглашение принципов равноправия и состязательности сторон, а также права на «реальную защиту», является перевес полномочий в пользу стороны обвинения на стадии предварительного расследования.

Недавно я столкнулась в своей практике с обвинительным приговором в отношении двух предпринимателей, совершивших преступление в сфере экономической деятельности.

Ознакомившись с текстом приговора, я обратила внимание, что он был основан главным образом на признательных показаниях одного из осужденных, которому не избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу на стадии предварительного расследования и впоследствии было назначено относительно «мягкое» наказание.

Второй осужденный вину не признал, пытался защищаться, и в итоге получил суровое наказание, а следствие провел под стражей. В основу приговора легли также оглашенные в суде показания одного из потерпевших, данные им в ходе предварительного расследования, и косвенных свидетелей.

Кроме того, на стадии расследования обвиняемый, не признавший себя виновным, в подтверждение его доводов ходатайствовал о назначении судебной финансово-экономической экспертизы, а также настаивал на проведении очных ставок с лицами, которые, как он полагал, оговорили его.

Несмотря на здравый смысл, необходимость установления объективных обстоятельств по делу, отработки всех версий, реализации права на защиту всеми не запрещенными способами, использования специальных познаний, а также имеющиеся противоречия в показаниях, в удовлетворении ходатайств было отказано.

Таким образом, следователь действовал в интересах стороны обвинения, а не установления объективной истины по делу. Очевидно, де-факто право на защиту было нарушено, что, несомненно, могло повлиять на качество итогового решения по делу, однако де-юре следователь поступал в рамках предоставленных ему законом так называемых «дискреционных» полномочий.

Термин «дискреционный» заимствован из французского языка – «discretionnaire», означает «зависящий от личного усмотрения».

Использование следователем дискреционных полномочий предопределено законодателем по-разному и с точки зрения юридической техники. В одних случаях закон прямо предусматривает возможность выбора следователем его поведения. На это указывают, в частности, словосочетания «по усмотрению следователя» (ч. 1 ст. 191 УПК РФ), «в случае необходимости» (ч. 1 ст. 152, ч. 7 ст. 162 УПК РФ) и др.

В других ситуациях возможность применения дискреционных полномочий определяется такими формулировками, как «следователь вправе» (например, ст. 25, ч. 1 ст. 28, ч. 1. ст. 91, ч. 1 ст. 97, ст. 181, ч. 1 ст. 427 УПК РФ и др.), «следователь может» (ч. 1 ст. 193 УПК РФ). Так, «следователь вправе провести очную ставку», если имеются существенные противоречия в показаниях (ст. 192 УПК РФ).

Кроме того, следователь имеет право не проводить очную ставку, даже если она объективно необходима для установления обстоятельств по делу, а в случае ее проведения вправе отводить вопросы защиты по своему усмотрению, пользуясь теми же дискреционными полномочиями1.

В юридической литературе термин «дискреционные полномочия следователя» отсутствует, но есть определение понятий, составляющих его или являющихся смежными. Например, Л.В.

Головко полагает, что дискреционное начало – не более чем универсальный процессуальный прием из традиционного арсенала юридической техники, заключающийся в том, что законодатель наделяет правоприменителя правом действовать в определенной ситуации по собственному усмотрению, исходя из обстоятельств дела2.

По моему мнению, некоторые дискреционные полномочия, которыми располагает сторона обвинения на стадии предварительного расследования (закрепленные в УПК РФ), противоречат основополагающим принципам уголовного судопроизводства, изложенным в ст. 6, 15 и 16 УПК РФ, а именно – принципам равенства и состязательности сторон, а также обеспечения права на защиту.

Это способно порождать судебные ошибки. Для их минимизации и гарантирования соблюдения основных принципов уголовного судопроизводства необходимо устранить указанный конфликт норм, приведя положения всех статей Кодекса в соответствие с основными принципами уголовного судопроизводства, изложенными в ч. I разд. I гл. 2 – ст. 6, 15, 16.

Читайте также:  Преступления в сфере компьютерной информации: глава 28 УК РФ

На мой взгляд, не все дискреционные полномочия, которыми наделен следователь, влияют на качество итогового решения по делу и противоречат принципам, изложенным в ст. 6 УПК РФ. Так, из ст.

152 «Место производства предварительного расследования» следует, что предварительное расследование ведется по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

Однако в случае необходимости производства следственных или розыскных действий в другом месте следователь вправе осуществить их лично либо поручить другому следователю или органу дознания. Дознаватель, в свою очередь, также вправе лично произвести их либо поручить другому дознавателю или органу дознания.

Очевидно, что с учетом добросовестного и профессионального исполнения каждым сотрудником правоохранительных органов его обязанностей и выполнения законно принятых поручений, а также для качественного итогового решения по делу не имеет значения, какой конкретно сотрудник провел следственные действия. То есть не все нормы права, предусматривающие дискреционные полномочия следователя, создают дисбаланс равенства сторон в процессе и влияют на качество решения по уголовному делу.

Рассмотрим устанавливающие дискреционные полномочия следователя нормы УПК РФ, которые влияют на качество итогового решения по делу, а также препятствуют реализации право на защиту, создают дисбаланс равенства сторон и не отвечают принципу состязательности.

В частности, ст.

191 гласит, что при проведении допроса, очной ставки, опознания и проверки показаний с участием несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля, не достигшего 16 лет либо достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством или отстающего в психическом развитии, обязательно участие педагога или психолога. В то же время при производстве указанных действий с участием несовершеннолетнего, достигшего 16 лет, педагог или психолог приглашается уже по усмотрению следователя.

В соответствии со ст. 181 УПК РФ для проверки и уточнения данных, имеющих значение для дела, следователь вправе провести следственный эксперимент путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных обстоятельств конкретного события.

При этом проверяется возможность восприятия каких-либо фактов, совершения определенных действий, наступления какого-либо события, а также выявляются последовательность происшедшего события и механизм образования следов.

Из этого вытекает: если ходатайство о проведении следственного эксперимента для подтверждения или опровержения каких-либо обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, будет заявлено стороной защиты, следователь вправе отказать в его удовлетворении.

Согласно ст.

427 УПК РФ если в ходе предварительного расследования дела о преступлении небольшой или средней тяжести будет установлено, что исправления несовершеннолетнего обвиняемого можно достичь без применения наказания, следователь с согласия руководителя следственного органа, а также дознаватель с согласия прокурора вправе вынести постановление о прекращении уголовного преследования и ходатайствовать перед судом о применении к обвиняемому принудительной меры воспитательного воздействия, предусмотренной ч. 2 ст. 90 УК РФ.

Таким образом, по двум совершенно одинаковым делам («делам-близнецам», как их нередко называют практикующие юристы) могут быть приняты кардинально разные решения, влияющие на дальнейшую судьбу обвиняемого, – в зависимости от усмотрения следователя.

Адвокаты чаще всего указывают ст. 192, 195, 198 УПК РФ как нормы, наиболее существенным образом нарушающие принцип равенства сторон и право на защиту. Так, из текста ст. 192, регламентирующей основания назначения и порядок проведения очной ставки, следует: если в показаниях ранее допрошенных лиц есть существенные противоречия, следователь вправе провести очную ставку.

Соответственно, если от стороны защиты поступит ходатайство о проведении очной ставки с лицом, в показаниях которого есть существенные противоречия с показаниями подзащитного, или указанное лицо явно оговаривает подозреваемого (обвиняемого), следователь также вправе отказать в удовлетворении ходатайства.

Согласно ст.

195 УПК РФ, признав необходимым назначение судебной экспертизы, следователь выносит соответствующее постановление или ходатайство. Необходимо отметить, что обязательное назначение судебной экспертизы предусмотрено ст. 196 УПК РФ, если требуется установить:

  • причину смерти;
  • характер и степень вреда, причиненного здоровью;
  • психическое или физическое состояние подозреваемого (обвиняемого), когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать его права и законные интересы в уголовном судопроизводстве;
  • психическое состояние лица старше 18 лет, обвиняемого в совершении преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетнего, не достигшего 14 лет, для решения вопроса о наличии или отсутствии расстройства сексуального предпочтения (педофилии);
  • психическое или физическое состояние подозреваемого, обвиняемого, когда имеются основания полагать, что он болен наркоманией;
  • психическое или физическое состояние потерпевшего, когда возникает сомнение в его способности адекватно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания;
  • возраст подозреваемого (обвиняемого, потерпевшего), когда это имеет значение для дела, а подтверждающие документы отсутствуют или вызывают сомнение.

Во всех остальных случаях для установления иных обстоятельств судебная экспертиза назначается по усмотрению следователя.

Рассмотрим с точки зрения дискреционных полномочий следователя ст. 198 УПК РФ, регламентирующую права подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля при назначении и производстве судебной экспертизы. На мой взгляд, наиболее незащищенными здесь являются права, предусмотренные п. 3–5 ч.

1 указанной нормы, а именно: право ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных подозреваемым (обвиняемым, потерпевшим, свидетелем) лиц либо о производстве экспертизы в конкретном экспертном учреждении; право ходатайствовать о внесении в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту; присутствовать с разрешения следователя при производстве экспертизы, давать объяснения эксперту. Это связано с тем, что конечная реализация указанных прав подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля полностью зависит от личного усмотрения, разрешения или запрета следователя.

Таким образом, полагаю необходимым внести изменения в УПК РФ, приведя все нормы, регламентирующие дискреционные полномочия следователя на стадии предварительного расследования, в соответствие с назначением уголовного судопроизводства и его основными принципами.

Например, ч. 1 ст. 192 Кодекса необходимо привести в соответствие со ст. 6, 15 и 16 УПК РФ, чтобы указанная норма содержала основания для проведения очной ставки по инициативе стороны защиты.

В частности, ввести указание о проведении очной ставки не только по усмотрению следователя, но и когда в показаниях ранее допрошенных лиц есть существенные противоречия, и (или) лицо дает показания против обвиняемого или подозреваемого.

Норму ч. 1 ст. 196 Кодекса следует дополнить положениями о том, что назначение и производство экспертизы обязательно при расследовании преступлений в сфере экономики, если подозреваемый (обвиняемый) ходатайствует об этом, и если для установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 Кодекса, требуются специальные познания.

Наконец, в п. 5 ч. 1 ст. 198 УПК РФ целесообразно указать, что в постановление о назначении судебной экспертизы по ходатайству стороны защиты могут быть внесены дополнительные вопросы. Кроме того, наделить подозреваемого (обвиняемого), а также его представителя правом давать объяснения эксперту, а также присутствовать при проведении исследования.

На днях в Центре общественных процедур «Бизнес против коррупции» при Уполномоченном при Президенте РФ по защите прав предпринимателей состоялся круглый стол на тему «Дискреционные полномочия следователя на стадии предварительного расследования и принцип равенства сторон», по итогам которого было принято решение о создании рабочей группы по разработке предложений о внесении изменений в законодательство с целью соблюдения основных принципов уголовного судопроизводства.

В заключение отмечу, что, на мой взгляд, некоторые дискреционные полномочия следователя на стадии предварительного расследования не только идут вразрез с основными принципами уголовного судопроизводства, но и при определенных обстоятельствах могут создавать благоприятную почву для злоупотреблений и коррупции.

1 Толкушкин А.В. Энциклопедия российского и международного налогообложения // Юристъ. 2003.

2 Головко Л.В. Новый УПК РФ в контексте сравнительного уголовно-процессуального права // Государство и право. 2002. № 5.

Принцип состязательности сторон в уголовном процессе России



Статья посвящена законодательному закреплению принципа состязательности сторон в уголовном процессе России и объективной возможности его реализации.

Состязательность уголовного процесса — важный показатель демократичности правосудия, так как воплощение данного принципа предполагает наделение сторон равными возможностями по доказыванию, отстаиванию позиции, что делает судебный процесс эффективным и позволяет суду всесторонне и полно рассмотреть дело.

Ключевые слова:уголовный процесс, уголовное судопроизводство, состязательность сторон.

Становление института состязательности сторон в уголовном процессе России началось в XIX веке с принятием Устава уголовного судопроизводства в 1864 году.

Закон наделял сторону обвинения и сторону защиты равными правами в судебном состязании (статья 630), а также обязывал суд предоставить возможность подготовки стороне, незнакомой с новым представленным доказательством процессуального оппонента (статья 734) [1].

Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 года в пункте 3 статьи 123 провозгласила состязательность и равноправие сторон как неотъемлемый принцип судопроизводства. В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 ноября 1996 г.

N 19-П дано разъяснение: «Конституционный принцип состязательности предполагает такое построение судопроизводства, при котором функция правосудия (разрешения дела), осуществляемая только судом, отделена от функций спорящих перед судом сторон.

При этом суд обязан обеспечивать справедливое и беспристрастное разрешение спора, предоставляя сторонам равные возможности для отстаивания своих позиций, а потому не может принимать на себя выполнение их процессуальных (целевых) функций» [2].

Наконец, конституционный принцип состязательности и равноправия сторон был закреплён в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации 2001 года (УПК РФ). Уголовно-процессуальный закон распространил действие принципа на стадию досудебного производства, что на данный момент является итогом развития института состязательности в теории уголовного процесса в РФ.

Обращаясь к статье 15 УПК 2001 года «Состязательность сторон», можно выявить, что подразумевал законодатель под определением принципа состязательности и равноправия сторон.

Читайте также:  Как подать заявление о мошенничестве: образец, инстанции обращения

Во-первых, это отделение друг от друга функций обвинения, защиты и разрешения уголовного дела. Согласно пункту 2 статьи 15 УПК РФ, это значит, что осуществление каждой из перечисленных функций возлагается на различных субъектов уголовного судопроизводства.

Реальное разделение функций сторон обеспечивается положениями главы 6 «Участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения» и главы 7 «Участники уголовного судопроизводства со стороны защиты» УПК РФ, где указаны процессуальные права и обязанности соответствующих сторон.

Функция суда заключается в разрешении дела, то есть данный участник уголовного судопроизводства обязан выслушать стороны, исследовать все юридически значимые факты, проверить и оценить все представленные сторонами доказательства и в итоге вынести обоснованное и мотивированное решение по делу [3].

Ввиду особого положения и роли суда в уголовном судопроизводстве, необходимо отметить, что в самом процессе сторона обвинения и сторона защиты состязаются не друг с другом, а именно перед судом. Это чётко прослеживается через институт обжалования.

Как было сказано выше, УПК РФ распространил действие принципа состязательности в том числе и на стадию досудебного производства.

Так, например, обжалование действий следователя во время производства следственных действий: статья 125 УПК РФ предусматривает возможность подачи жалобы на действия должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, в суд.

Вопрос конституционности части второй статьи 15 УПК РФ был поднят в 2004 году в Постановлении Конституционного Суда РФ № 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы». Заявители указывали, что разделение функций освобождает государственные органы и их должностных лиц — прокурора, следователя, дознавателя — от выполнения конституционной обязанности, обозначенной в статье 2 Конституции РФ, по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина [4].

Конституционный Суд обратил внимание на то, что положения статьи 15 УПК РФ нужно толковать системно.

Кодекс предусматривает определённый порядок уголовного судопроизводства, устанавливает его принципы и определяет назначение, в частности, при осуществлении уполномоченными лицами уголовного преследования по делам публичного и частно-публичного обвинения от имени государства.

Так, например, прокурор, следователь, дознаватель и иные должностные лица обязаны всеми имеющимися в их распоряжении средствами обеспечивать охрану прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (статья 11 УПК РФ), обеспечивать подозреваемому и обвиняемому право на защиту (статья 16 УПК РФ), принимать решения в соответствии с требованиями законности, обоснованности и мотивированности (статья 7 УПК РФ), в силу которых обвинение может быть признано обоснованным только при условии, что все противостоящие ему обстоятельства дела объективно исследованы и опровергнуты стороной обвинения. Исключений, освобождающих указанных субъектов от выполнения названных и иных обязанностей, кодекс не содержит. Исходя из этого, можно сделать вывод, что положения части второй статьи 15 УПК РФ не противоречат Конституции Российской Федерации.

Помимо отделения друг от друга функций обвинения, защиты и разрешения уголовного дела состязательность сторон предполагает особую роль суда как участника уголовного судопроизводства.

В пункте третьем статьи 15 УПК РФ делается акцент на то, что суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты.

Функция суда заключается в создании необходимых условий для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и для осуществления процессуальных прав, что предполагает обеспечение равного положения сторон.

Принцип состязательности и равноправия сторон нашёл отражение не только в общих положениях особенной части уголовно-процессуального кодекса России: если обратиться к перечню норм, содержащихся в главах, посвящённых досудебному и судебному производству, среди них найдутся те, которые касаются прав участников уголовного процесса и реализация которых была бы невозможна без наличия указанного принципа.

В статье 244 УПК РФ «Равенство сторон» идея принципа состязательности заключается в предоставлении одинаковых прав стороне защиты и обвинения на заявление отводов и ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, выступление в судебных прениях, а также на рассмотрение иных вопросов, возникающих в ходе судебного разбирательства.

Недостаточно только законодательно закрепить идею: она не должна носить декларативный характер. Например, положение, касающееся равноправия в предоставлении доказательств, не соответствует действительности и является фиктивным: правовая природа материалов, предоставляемых стороной защиты, не носит характер доказательств.

В подтверждение данного тезиса обратим внимание на статью 74 «Доказательства» и статью 86 «Собирание доказательств» УПК РФ. В статье 74 УПК РФ содержится перечень субъектов, полученные сведения от которых признаются доказательствами по уголовному делу: «…суд, прокурор, следователь, дознаватель…» (стоит отметить, что с 06 июня 2007 г.

, прокурор не осуществляет процессуальных действий, направленных на собирание доказательств). Защитника в их числе нет. Теперь же обратимся к статье 86 УПК РФ. Пункт первый данной статьи дублирует субъектов доказывания, указанных в статье 74 УПК РФ, однако в пункте третьем говорится: «Защитник вправе собирать доказательства…».

Отдельно стоит отметить, что закон регламентирует процесс собирания доказательств: путём производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных уголовно-процессуальным кодексом России.

Можно сделать вывод, что, помимо надлежащего субъекта, необходима специальная процедура, а также регламентированная форма, чтобы собранные сведения (предметы, материалы) являлись доказательствами [5]. Согласно действующему законодательству, защитник не наделён правом производить указанные действия.

Помимо этого, статья 159 УПК РФ «Обязательность рассмотрения ходатайства» говорит о том, что следователь, дознаватель обязаны рассмотреть каждое заявленное по уголовному делу ходатайство защитника и иных лиц, а также обязаны приобщить к материалам уголовного дела доказательства, если обстоятельства, об установлении которых ходатайствуют указанные лица, имеют значение для данного уголовного дела и подтверждаются этими доказательствами. В данной статье законодатель использовал термин «доказательство», однако силу доказательства сведения, указанные в ходатайстве, приобретают только после процедуры приобщения.

На стадии же судебного производства имеет значение статья 286 УПК РФ «Приобщение к материалам уголовного дела документов, представленных суду»: «Документы, представленные в судебное заседание сторонами или истребованные судом, могут быть на основании определения или постановления суда исследованы и приобщены к материалам уголовного дела». В комментируемой статье не говорится о том, что данные документы после приобщения к материалам уголовного дела приобретают силу доказательства (в отличие от стадии досудебного производства). Значит, на их основе суд не может устанавливать наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, однако суд может принять к вниманию полученную информацию.

Исходя из сказанного выше, можно сделать вывод, что статья 244 «Равенство сторон» УПК РФ частично носит декларативный характер, ввиду того что сторона защиты и обвинения в действительности не имеют равных полномочий по доказыванию в уголовном процессе.

Помимо статьи 244 УПК РФ, принцип состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе, в частности на стадии досудебного производства, воплощается в статье 220 УПК РФ «Обвинительное заключение».

Согласно пункту 5 и пункту 6 части 1 статьи 220 УПК РФ, в описательной части обвинительного заключения следователь должен отразить и кратко изложить содержание не только те доказательства, которые подтверждают обвинение, но и те, на которые ссылается сторона защиты.

Также часть 4 указанной статьи регламентирует, что к обвинительному заключению прилагается список подлежащих вызову в судебное заседание лиц как со стороны обвинения, так и со стороны защиты.

В целях обеспечения состязательности в уголовном процессе с принятием настоящего кодекса изменился и порядок исследования доказательств — он определяется не судом, а стороной, его предоставляющей (статья 274 УПК РФ). Принцип состязательности присутствует и при допросе: стороне защиты и стороне обвинения (а также суду) предоставлена равная возможность участия в нём. (статьи 275 УПК РФ).

Состязательность является гарантией обеспечения права подозреваемого и обвиняемого на защиту, предусмотренного статьёй 16 УПК РФ. Помимо этого, состязательность предотвращает вмешательство суда в функцию обвинения или защиты.

Принцип состязательности сторон закреплён конституционно (статья 123 Конституции РФ), что говорит о его важной роли для любого судопроизводства.

Литература:

  1. Устав уголовного судопроизводства 1864 года // Сайт Конституции Российской Федерации. URL: http://constitution.garant.ru/history/act1600–1918/3137/ (дата обращения: 08.01.2019).

Принцип состязательности в уголовном процессе

Определение 1

Состязательность сторон — это один из принципов уголовного процесса, который подразумевает равенство сторон защиты и обвинения в суде.

Важнейшим принципом Уголовно-процессуального законодательства является принцип противоборства (состязательности) сторон в уголовном процессе (статья 15 УПК).

Принцип состязательности определяет сущность и тип современного российского уголовного производства.

Данный принцип основан на положениях части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, согласно которой судебные процессы в Российской Федерации проводятся на основе состязательности и равенства сторон.

Стоит отметить, что принцип состязательности в уголовном процессе основан на разделении, расхождении мнений у стороны защиты и обвинения в процессе разрешения того или иного вопроса или проблемы.

Законом установлено, что одни и те же участники уголовного процесса не могут занимать разные стороны в уголовном процессе.

Процессуально-уголовные функции понимаются как совокупность прав и обязанностей участников уголовного процесса, обусловленных целью их участия в деле, ролью в уголовном процессе, а также определяющих направленность деятельности каких-то конкретных субъектов уголовного процесса.

Замечание 1

Вообще, состязательность сторон предполагает обеспечение равных процессуальных прав и возможностей сторон в деле по защите своих интересов, доказыванию своих требований и выражении тех или иных претензий.

Состязательность сторон также означает, что ни одна сторона не может иметь преимущество в процессе доказывания, заявления, удовлетворении ходатайства, при этом никакие доводы сторон не могут иметь заранее определенную силу.

Читайте также:  Обвинительное заключение по уголовному делу: ст. 220 УПК РФ

Итак, содержание принципа состязательности в уголовном процессе заключается в следующем:

  • полное разделение стороны обвинения и стороны защиты в разрешении уголовного вопроса между различными участниками уголовного процесса;
  • усиление роли суда в уголовном процессе, освобождение его от обвинительных предрассудков;
  • равная степень реализации состязательного принципа на всех этапах уголовного судопроизводства.

Место и роль состязательности в современном уголовном процессе в России

Состязательность носит конституционный смысл, так как требования основного закона страны должны быть четко реализованы согласно Уголовно-процессуальному законодательству.

Часть 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации гласит: «судебное разбирательство проводится на основе противоборства и равенства сторон». Данное правило применяется к судебным делам, а именно к определенным судебным стадиям уголовного процесса. Конституция Российской Федерации не обязывает законодателей выполнять это судебное правило.

Авторы Уголовно-процессуального кодекса РФ пытались перестроить не только судебную систему, но и предварительное производство, но не реализовали своих планов.

Несмотря на многочисленные положения общей части УПК РФ, она явно направлена на реализацию состязательности во всех видах преступной деятельности (разделение сторон, закрепление состязательности как процессуально-уголовного принципа, отказ от объективной истины как цели доказывания и др.).

Стороны обвинения и защиты не являются равноправными сторонами, и их противостояние не допускается третьей стороной — независимым судьей.

Судебные стадии уголовного процесса организованы по-разному. Во всех случаях суды первой и второй инстанций рассматривают дело в основном с участием сторон обвинения и защиты, процессуальные права которых одинаковы.

Проще говоря, разногласия всегда проходят через «треугольник» участников и распределение функций, что позволяет утверждать, что требование противопоставления процедур на уровне официальных процедур было реализовано в современном уголовном судопроизводстве нашей страны.

Замечание 2

Все сказанное выше совсем не означает, что проблема противоречивой структуры судопроизводства в нашей стране решена, ведь в ней есть неувязки, которые связаны с внутренним аспектом состязательности, и прежде всего, с обеспечением беспристрастности суда.

Получается, что суд в настоящее время освобожден от своих позиций по обвинению, стороны имеют процессуальное равенство, но свобод очень мало (не более 1%). На самом деле противоречивое правосудие демонстрирует обвинительный характер.

И это проявляется в третьем ключевом элементе — отсутствие беспристрастности суда.

Основной причиной такой позиции судьи в споре между сторонами является организационно-управленческий характер, который в конечном итоге формирует психологическую позицию судей для окончательного «спасения» от преследования.

В определенной степени процессуальное право могло бы уменьшить эту тенденцию, создав механизм снижения масштаба субъективного судебного решения. При определенных обстоятельствах закрытие уголовного дела вследствие примирения сторон должно быть не правом, а обязанностью суда.

В современной следственной практике нет особых трудностей в обеспечении защиты подозреваемого, обвиняемого. Поэтому задача обеспечения прав личности в предварительных процедурах не сводится к проблеме конфронтации, а касается проблемы наделения субъектов рядом необходимых компетенций и осуществления этих прав.

Таким образом, если суд не только эффективно работает, но и создает достаточные условия для соблюдения прав подсудимых, то нет необходимости трансформировать существующий механизм. Нужно лишь дать ему возможность успешно реализовываться и функционировать в нашей стране.

Осуществление принципа состязательности сторон в уголовном процессе нашей страны в настоящее время дает возможность высказать свои претензии, пожелания и проблемы каждой стороне уголовного процесса.

К тому же, каждая сторона уголовного процесса должна изначально высказывать абсолютно все свои доводы и доказательства всем заинтересованным лицам.

Стоит отметить, что всю информацию стороны уголовного процесса должны сообщать еще до проведения судом исследования и анализа всех полученных сведений.

Состязательность сторон

Принцип состязательности сторон предусмотрен ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 15 УПК, в которой говорится, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон.

Стороны — это участники уголовного судопроизводства, выполняющие на основе состязательности функцию обвинения (уголовного преследования) или защиты от обвинения (п. 45 ст. 5 УПК).

К стороне защиты относятся обвиняемый, а также его законный представитель, защитник, гражданский ответчик, его законный представитель и представитель (п. 46 ст. 5 УПК).

К стороне обвинения — прокурор, а также следователь, руководитель следственного органа, дознаватель, частный обвинитель, потерпевший, сто законный представитель и представитель, гражданский истец и его представитель (и. 47 ст. 5 УПК).

У каждой из сторон есть своя процессуальная функция, которая определяет задачи и возможности сторон.

Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ч. 3 ст. 15 УПК) и разрешает дело по существу.

Согласно ч. 1 ст. 29 УПК только суд может признать лицо виновным в совершении преступления и назначить ему наказание, при этом его решение может отменить или изменить только вышестоящий суд.

Это значит, что каждая из сторон при рассмотрении дела в суде представляет суду свою позицию по делу, а суд принимает решение, т.е. функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо (ч.

2 ст. 15 УПК). Нарушение этого положения может служить основанием к отмене состоявшегося по делу решения[1]. Это позволяет суду быть независимым, беспристрастным и справедливым.

Именно такое построение процесса отвечает требованиям международных стандартов, предъявляемых к справедливому судебному разбирательству и закрепленных в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г.

При этом стороны обвинения и защиты равноправны перед судом, т.е. обладают равными процессуальными возможностями при рассмотрении судом уголовного дела.

Так, в судебном заседании стороны обвинения и защиты пользуются равными правами на заявление отводов и ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, выступление в судебных прениях, представление суду письменных формулировок по вопросам, указанным в п.

1—6 ч. 1 ст. 299 УИК, и на рассмотрение иных вопросов, возникающих в ходе судебного разбирательства (ст. 244 УПК).

Вследствие данного принципа сам суд не вправе возбуждать уголовные дела по своей инициативе, восполнять в судебном заседании пробелы предварительного расследования, расширять пределы предъявленного обвинения и ухудшать положение подсудимого, направлять дело на дополнительное расследование, оглашать обвинительное заключение, продолжать рассмотрение уголовного дела при отказе прокурора от обвинения.

Поскольку суд не является органом стороны обвинения, движущим началом состязательного судебного процесса является уголовное преследование — процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Судебное разбирательство по уголовному делу может быть начато только при наличии обвинительного заключения (акта), утвержденного прокурором, или жалобы частного обвинителя. Исходя из этого, отказ государственного или частного обвинителя от обвинения, а гражданского истца — от иска обязателен для суда и влечет прекращение производства по делу (полностью или в определенной части).

Создание судом необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав проявляется и в обеспечении контроля за сторонами в реализации их прав. Например, необеспечение сторонам равных условий по представлению доказательств, может явиться основанием к отмене приговора по делу.

Необеспечение подсудимого возможностью воспользоваться услугами адвоката также является нарушением принципа состязательности сторон, поскольку другая сторона представлена прокурором, и суд должен выяснить у осужденного, соответствует ли осуществление им самостоятельной защиты от предъявленного обвинения его волеизъявлению и принять меры по обеспечению его права пользоваться услугами адвоката[2].

Состязательность сторон в полной мере проявляется на стадии судебного разбирательства.

Вместе с тем в некоторой степени этот принцип действует и на стадии предварительного расследования при осуществлении судом функции судебного контроля за органами предварительного расследования: при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога, при продлении срока содержания под стражей, при рассмотрении жалоб на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя в случаях и порядке, предусмотренных ст. 125 УПК.

На стадии предварительного расследования присутствуют стороны обвинения и защиты, однако, они не обладают равными правами.

На основании этого следует согласиться с мнением С. А. Шейфера о том, что «из ст.

15 У ПК следует, что законодатель, провозглашая состязательность принципом процесса, в первую очередь имел в виду производство в суде, так как именно на суд возложена обязанность создать условия для осуществления сторонами их функций, о чем говорится в этой статье, между тем как на досудебном производстве он это делать не в состоянии. На предварительном расследовании также имеет место свойственное состязательности разделение процессуальных функций, осуществляется судебный контроль, но отсутствует такой существенный признак состязательности, как равноправие сторон, которым они пользуются в суде (ч. 4 ст. 15 УПК). Поэтому говорить, что стадия целиком построена на основе состязательности, нет ни логических, ни фактических оснований»[3].

Именно поэтому современный тип судопроизводства в России можно охарактеризовать как смешанный, поскольку в нем соединяются черты, присущие как розыскному, так и состязательному процессу.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *