Выводы ВС РФ об отказе от корпоративного договора и о плате за отказ

В практике работы УО и ТСЖ встречаются случаи, когда РСО отказывается заключить прямые договоры с собственниками помещений, несмотря на наличие соответствующего решения ОСС. В новом видео онлайн-журнала «Школа ЖКХ» эксперт Ассоциации «Р1» Павел Кузнецов ответил на вопрос, вправе ли поставщики ресурсов так поступать.

Выводы ВС РФ об отказе от корпоративного договора и о плате за отказКак УО включить в квитанцию плату за допуслуги в отношении ОИ дома

Эксперт разобрал случаи отказа РСО от заключения прямого договора и их основания

В очередном выпуске онлайн-программы «Школа ЖКХ» Павел Кузнецов разобрал вопросы, на каких основаниях РСО отказываются от заключения прямых договоров с собственниками помещений в многоквартирных домах и вправе ли они это делать, а также дал несколько советов УО и ТСЖ по решению такой ситуации в свою пользу.

Смотрите видеоролик на YouTube-канале Ассоциации «Р1» ➡️

Выводы ВС РФ об отказе от корпоративного договора и о плате за отказНа каких основаниях ГЖИ отказывает УО в изменении реестра лицензий

Собственники на ОСС приняли решение о заключении прямого договора с поставщиком ресурсов

Согласно ст. 157.2 ЖК РФ, с апреля 2018 года существует два способа перехода жителей МКД на прямые договоры с поставщиками коммунальных ресурсов:

  • если собственники помещений приняли соответствующее решение на ОСС;
  • если долг УО перед РСО по договору ресурсоснабжения достиг размера двух среднемесячных величин обязательств по оплате и он подтверждён актом сверки или вступившим в силу решением суда.

В середине 2019 года Правительство РФ издало постановление от 13.07.2019 № 897, которым попыталось урегулировать схемы информационного обмена и взаимодействия УО и РСО при прямых договорах, если собственники приняли решение об их заключении.

Документом внесены изменения в п. 6 ПП РФ № 354: в новом абз. 5 прописали, что УО/ТСЖ обязаны не позднее чем за 5 рабочих дней до дня начала предоставления коммунальной услуги поставщиком ресурса направить ему целый перечень информации. Среди таких сведений – персональные данные потребителей и показания их ИПУ за предыдущий год.

Как отметил эксперт, выполнить эти требования УО/ТСЖ трудно хотя бы потому, что персональные данные можно получить только от самого потребителя, в добровольном порядке. Иных механизмов узнать эту информацию законодательством для УО не предусмотрено. А жители МКД крайне неохотно разглашают такие сведения.

Выводы ВС РФ об отказе от корпоративного договора и о плате за отказКак постановление № 897 изменило порядок взаимодействия УО с РСО

Непредоставление УО информации согласно п. 6 ПП РФ № 354 не может быть причиной для РСО не заключить прямой договор

Случаются ситуации, когда РСО под предлогом того, что управляющая организация или товарищество не передали ей всю предписанную ПП РФ № 354 информацию по потребителям и приборам учёта, отказывается заключать прямые договоры и пытается взыскать долги за ресурсы с УО/ТСЖ. Например, такой спор РСО с товариществом собственников состоялся в рамках дела № А41-59062/2020.

Павел Кузнецов в видео онлайн-журнала дал несколько советов управляющим недвижимостью, столкнувшимся с отказом РСО из-за неполноты предоставления сведений из п. 6 ПП РФ № 354. Например, требования этого пункта не распространяется на региональных операторов по обращению с ТКО: УО не обязаны направлять им такую информацию.

Также эксперт ссылается на письмо Минстроя РФ от 08.10.2020 № 320563-ОГ/04. Ведомство считает, что при наличии оснований для заключения прямых договоров, указанных в ЖК РФ, ресурсоснабжающая организация не вправе отказаться от этого. Действующее законодательство это не предусматривает.

Следовательно, непредоставление УО/ТСЖ каких-либо сведений, указанных в п. 6 ПП РФ № 354, не может стать причиной для поставщика ресурса не заключать прямые договоры с собственниками. Узнайте больше в видеоролике.

Эксперты Ассоциации «Р1» в онлайн-журналах объясняют сложные и неоднозначные вопросы управления домами и предоставления ЖКУ. Подписывайтесь на YouTube-канал объединения и следите за обновлениями.

Вс объяснил, когда просрочка платежей не является основанием для отказа от исполнения договора купли-продажи

18 октября 2021 в 15:44

Выводы ВС РФ об отказе от корпоративного договора и о плате за отказ

Гражданка Ковалёва, решив приобрести квартиру, обратилась к ИП. В июле 2017 года они заключили предварительный договор купли-продажи квартиры в строящемся жилом комплексе. Согласно договору, стоимость квартиры составляла 2 181 000 рублей. При этом 950 000 рублей Ковалёва передала при подписании договора.

Срок окончательного расчета был определен сторонами до двадцать пятого декабря 2017 года Пятого июля 2017 года Ковалева передала ответчику 600 000 рублей, двадцать шестого июня 2018 года — 140 000 руб. По достигнутой между сторонами договоренности, оставшуюся денежную сумму в размере 191 000 рублей женщина должна была выплатить в срок до первого сентября 2018 года.

Двадцатого сентября 2018 года в адрес истца от ответчика поступило уведомление от четырнадцатого сентября о расторжении предварительного договора купли-продажи квартиры от четвёртого июля 2018 года в одностороннем порядке, с приложением копии банковского приходного кассового ордера об открытии на имя истца банковского счета и внесением на него 1 990 010 рублей.

Ковалёва выразила несогласие с расторжением договора и потребовала исполнить предварительный договор, т. е. получить деньги в полном объёме и заключить основной договор купли-продажи квартиры.

Позиции судов

Городской суд отказал в удовлетворении требований. Решение поддержали апелляционная и кассационная инстанции.

Суды указали, что истцом неоднократно нарушались существенные условия договора, касающиеся порядка оплаты стоимости квартиры.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, дополнительно указал на то, что возникшие между сторонами отношения регулируются положениями Федерального закона от 30 декабря 2004 г.

№ 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ», в соответствии с которыми в случае систематического нарушения участником долевого строительства сроков внесения платежей, застройщику было предоставлено право на одностороннее расторжение заключенного между сторонами договора.

Позиция Верховного Суда

Обосновывая свой вывод о том, что у ответчика имелись основания для расторжения заключенного с Ковалевой предварительного договора купли-продажи в одностороннем порядке, суд апелляционной инстанции исходил из положений части 5 статьи 5 Федерального закона от 30 декабря 2004 г.

№ 214-ФЗ, согласно которым в случае, если в соответствии с договором уплата цены договора должна производиться участником долевого строительства путем внесения платежей в предусмотренный договором период, систематическое нарушение участником долевого строительства сроков внесения платежей, то есть нарушение срока внесения платежа более чем три раза в течение двенадцати месяцев или просрочка внесения платежа в течение более чем два месяца, является основанием для одностороннего отказа застройщика от исполнения договора в порядке, предусмотренном статьей 9 указанного Федерального закона.

Однако, как заметил Верховный Суд, Предприниматель не представил никаких документов, подтверждающих, что он является застройщиком многоквартирного дома, в котором истец планировала приобрести квартиру.

Кроме того, ссылаясь на нарушение сроков оплаты платежей, суд не учел положения п. 2 ст. 450.

1 ГК РФ, согласно которым в случаях, если при наличии оснований для отказа от договора (исполнения договора) сторона, имеющая право на такой отказ, подтверждает действие договора, в том числе путем принятия от другой стороны предложенного последней исполнения обязательства, последующий отказ по тем же основаниям не допускается.

ИП же, приняв просроченный платёж, подтвердил готовность к дальнейшему исполнению договора, что лишило его права ссылаться на просрочку как на основание доля отказа от исполнения договора. Этот факт подтверждается и расписками, с помощью которых согласовывалось изменение сроков оплаты.

  • Так, Верховный Суд отменил вынесенные по делу решения и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
  • Актуальное по теме:
  • ВС РФ раскритиковал законопроект об уголовной ответственности за побои
  • ВС пояснил, является ли брат членом семьи собственника жилья
  • ВС разрешил контролирующему лицу обжаловать действия конкурсного управляющего

Отказ от взаимодействия. Как запретить кредиторам/коллекторам звонить по задолженности

Отказ от взаимодействия. Как запретить кредиторам/коллекторам звонить по задолженности

Выводы ВС РФ об отказе от корпоративного договора и о плате за отказ

Когда настает момент просрочки, на заемщика обрушивается шквал звонков. При этом, звонящие ведут себя не корректно, очень часто при разговоре перегибают палку, оказывают психологическое давление, одолевают звонками твоих близких. Ситуация не из приятных, но не безвыходная.

Звонки от Коллекторов. Как уменьшить количество взаимодействий и сократить время разговора?

Точный прогноз погоды на завтра

Оговорюсь сразу – звонки от службы взыскания или коллекторов не запрещены законом! А вот закона, который обязывал бы должника общаться с представителями служб взыскания – НЕТ! Поэтому общаться с ними или нет решать — тебе! Можно вообще прекратить с ними все общение и послать их на все четыре стороны. Но при этом важно понимать, что взыскатели не так просты и в случае полного игнора они переключатся на контактные лица, которые ты указал при оформлении кредита и родственников.

Поэтому темой сегодняшней статьи становиться «Отказ от взаимодействия». Это право закреплено в законодательстве и позволяет, отказаться от любого взаимодействия с банками или коллекторами. При этом под взаимодействием понимается: звонки, встречи с коллекторами, смс, и т.п.

Звонки из Банков и МФО при взыскании задолженности. Как обезопасить родных и близких при просрочке по кредиту.

И так — как же запретить звонки взыскателей/коллекторов?

Во-первых: Нужно набраться терпения и дождаться, когда со дня первой просрочки пройдет 4 месяца (120 дней). Торопиться не стоит, в случае если ты направишь заявление раньше этого срока, его просто на просто не примут так как оно будет считаться недействительным.

Во – вторых: По истечении этого времени, пишем заявление «Об отказе от взаимодействия» либо назначаем представителя — адвоката. Составить его нужно по форме которая утверждена, найти и скачать ее можно на сайте ФССП, заявление составленное в свободной форме может послужить основанием для отказа в его приеме.

В – третьих: Направляем заявление в банк или коллекторам. Если проблемных кредитов много, то нужно отправлять такое заявление по каждому кредитному договору, даже если вы брали кредиты в одном банке.

  • Сделать это можно несколькими способами:
  • -лично, под роспись на вашем экземпляре заявления,
  • -по почте, путем отправки заказного письма с уведомлением,
  • -через нотариуса.

Письмо от коллекторов. Что нужно и НЕ нужно делать с ним.

Отказ от взаимодействия. Как запретить кредиторам/коллекторам звонить по задолженности

В первую очередь направляем «Отказ от взаимодействия» в банк, после получения которого, кредитор обязан прекратить все общение с должником, они не смогут звонить тебе, твоим родственникам, коллегам, писать в интернете, а также приходить домой. У них останется единственный разрешенный способ связи – это письма. Так же он потеряет право передавать долг на взыскание коллекторам.

Осуществление взаимодействия выше перечисленными способами после получения «Отказа от взаимодействия» не допускается и является нарушением закона! И у должника появляется право направлять жалобы в регулирующие организации.

Ну а если банк выразил желание взаимодействовать каким — то другим нестандартным способом, то он должен прописать это в письменном соглашении с тобой, при этом за тобой сохраняется право отказаться от исполнения этого соглашения в любой момент, без каких-либо ограничений.

Так же в законодательстве закреплено право сразу отказаться от взаимодействия, но только в определенных случаях. Сделать это можно в момент, как только ты получил подтверждающие документы.

Например, решение суда о признании банкротом или лишении дееспособности, больничный лист или выписку из карты, истории болезни и т.п.

  1. Лица на которых распространяется данное право:
  2. -проходящие процедуру банкротства;
  3. -лишенные или ограниченные в дееспособности по суду;
  4. -имеющие I группу инвалидности;
  5. -находящиеся на лечении в стационаре;
  6. -несовершеннолетние (в случае, когда долги достались ребенку по наследству).
Читайте также:  Отмена субсидии на коммунальные услуги из-за долга по жкх: когда соцслужба не имеет права забирать помощь от государства

На сегодняшний день это единственный способ избавиться от надоедливых звонков раз и навсегда. Правда после получения такого заявления, кредиторам обычно ничего другого не остается — как обратиться в суд.

Кому выгоден Суд — Должнику или Кредитору?

В целом, для должника это не плохо, в суде он сможет списать пени, неустойки, штрафные проценты, применить Срок исковой давности, зафиксировать долг, который больше не будет расти. Сам процесс взыскание перейдет в руки судебного пристава исполнителя, с которым ты уже сможешь обсудить приемлемые условия по оплате задолженности.

К сожалению, полностью избавиться от коллекторов практически невозможно, только если они зарегистрированы в специальном реестре деятельность которых регулируется законодательством.

Когда выход из договора можно сделать платным

Пару лет назад в ГК РФ было закреплено право сторон предпринимательских отношений устанавливать плату за отказ от договора. За это время суды приняли немало разнообразных решений.

В одних такая плата признавалась законной, в других – нет.

Мы решили проанализировать практику и выяснить, как должен определяться размер платы, в какие договоры можно включить пункт о платном отказе и когда сторона имеет полное право отказаться от соглашения бесплатно.

По общему правилу односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (п. 1 ст. 310 ГК РФ). Но, если стороны договора ведут предпринимательскую деятельность, они могут согласовать случаи, при которых такой отказ все-таки возможен (п. 2 ст. 310 ГК РФ).

Если предпринимательскую деятельность осуществляет только одна из сторон, право на отказ может быть предоставлено договором лишь ее контрагенту. Стороны также могут заранее договориться о плате за односторонний отказ.

Но это также возможно только в отношении договора, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности (п. 3 ст. 310 ГК РФ).

Отказ в интересах слабой стороны

Даже беглого взгляда на ст. 310 ГК РФ достаточно, чтобы заметить — законодатель старается защитить потребителя как слабую сторону договорных отношений.

Но слабой стороной договора может быть не только гражданин, но и субъект предпринимательской деятельности. Например, владелец маленького магазина при заключении договора банковского счета находится в неравных условиях с кредитной организацией.

Он может только согласиться с заранее определенными условиями договора. Такой договор называется публичным.

К сведению

Публичным считается договор на оказание услуг (продажу товара, выполнение работы), который организация должна заключить с каждым, кто к ней обратился (п. 1 ст. 426 ГК РФ).

Публичными признаются, например, договоры розничной купли-продажи, перевозки транспортом общего пользования, оказания услуг связи, энергоснабжения, медицинского обслуживания.

В публичном договоре цена товаров, работ или услуг должна быть одинаковой для потребителей соответствующей категории (п. 2 ст. 426 ГК РФ).

Право на односторонний отказ от публичного договора может быть предоставлено договором только той стороне, для которой заключение этого соглашения не обязательно (абз. 2 п. 11 постановления Пленума ВС РФ от 22.11.

2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», далее — Постановление № 54).

То есть кредитная организация не может немотивированно отказаться от договора банковского счета, даже если в соглашении указано, что она должна за это заплатить.

Ущемление прав слабой стороны может произойти также из-за установления запредельной платы за отказ. Подобный пункт, по сути, делает невозможным отказ от договора.

Поэтому суды не применяют условие о том, что слабая сторона может отказаться от договора, только выплатив сумму, которая явно несоразмерна потерям контрагента (абз. 4 п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.

2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», далее — Постановление № 16).

Чрезмерность

Чрезмерная компенсация недопустима и в отношениях равноправных сторон. Чтобы суд отказал во взыскании такой компенсации, надо доказать (абз. 2 п. 16 Постановления № 54):

  • несоответствие размера платы неблагоприятным последствиям отказа,
  • недобросовестность предъявления требования о внесении платы.

Суд может как уменьшить размер платы, так и полностью отказать в ее взыскании. Последнее, скорее всего, произойдет, если суду будет сложно самому определить справедливый размер компенсации. Поэтому стороне, которая претендует на получение платы и осознает, что ее размер является чрезмерным, лучше самой предоставить справедливый и обоснованный расчет.

Почему Верховный суд РФ заступился за заемщиков, которым банки навязывают страховку

Страховка жизни и здоровья по закону является добровольной, но получение потребительского кредита в России нечасто обходится без нее, в том числе потому что ставка без оформления полиса может оказаться существенно выше. Данные Банка России уже который год показывают, что основными продавцами таких полисов являются банки. В 2019 году страховые компании три четверти взносов получили от посредников, из которых 49% пришлось на банки.

«По данным Банка России, в 2019 году было заключено 3,93 млн договоров страхования жизни заемщиков. По сравнению с 2018 годом этот показатель страхового рынка вырос на 50,8%.

Объем взносов по этому виду страхования в прошлом году составил 98,9 млрд рублей», – рассказала «Профилю» руководитель проекта ОНФ «За права заемщиков» Евгения Лазарева.

По ее словам, вслед за ростом взносов увеличился почти в два раза и размер средней выплаты по страхованию жизни заемщика – до 105,5 тыс. рублей, по страхованию от несчастных случаев и болезней – на 20,9%, до 44,3 тыс. рублей.

Несколько лет назад у заемщиков появилась возможность без финансовых потерь отказаться от ненужной страховки. Для этого нужно уведомить продавца об отказе от нее в течение 14 дней с момента оформления, в так называемый «период охлаждения».

Практика же показала, что деньги заемщикам возвращают не всегда. Как правило, проблем не возникает при отказе от индивидуальных полисов, которые оформляются при заключении договора непосредственно между заемщиком и страховой компанией. А из-за возврата так называемых коллективных страховок порой возникают споры.

Суть таких коллективного страхования в том, что договор заключается между страховой компанией и банком, а последний только «присоединяет» клиента к программе страхования.

В результате заемщик, пожелавший отказаться от такой страховки, сталкивался с двумя препятствиями. Во-первых, он не был стороной договора о страховании.

Во-вторых, к моменту покупки полиса договор между банком и страховщиком мог уже действовать не один месяц, а то и несколько лет.

Однако эти особенности коллективных страховок не повод лишать заемщика права на отказ в «период охлаждения» от ненужной ему страховки, считает Верховный суд РФ.

Он уже несколько раз озвучивал эту позицию, а недавно полностью поддержал заемщика в споре с одним из крупнейших банков по объему выручки в России.

Он напомнил, что такое «коллективное» оформление взаимоотношений между сторонами на суть страховки не влияют – оплачивает ее заемщик, а потому он и является страхователем. Проще сказать, клиентом страховой компании, и вправе воспользоваться «периодом охлаждения».

Кроме этого Верховный суд РФ озвучил еще одну важную позицию: клиенту должны вернуть абсолютно все затраты при отказе от «коллективной» страховки в «период охлаждения», в том числе и комиссию банка за услугу включения в число участников программы страхования.

«Отказ от услуги страхования делает уплаченную комиссию за подключение к несуществующей услуге экономически бессмысленной», – объяснил Верховный суд РФ.

«До этого большинство судов отказывало во взыскании комиссии банка, ссылаясь на то, что услуга по подключению к договору коллективного страхования все-таки была оказана», – говорит управляющий партнер бюро «Проценко и партнеры», адвокат Татьяна Проценко. Однако встречались и противоположные решения, когда суды ссылались на отсутствие доказательств наличия расходов у банков в связи с подключением клиента к страховке, отмечает она.

С 1 сентября 2020 года взаимоотношения заемщиков и банков- страховщиков будут происходить по другим правилам. С этого момента вступят в силу поправки в закон «О потребительском кредите (займе)», которые запрещают банкам навязывать клиентам добровольные страховки при выдаче кредитов.

Кроме того, в законе будет закреплено право заемщиков отказаться в «период охлаждения» не только от индивидуальных, но и от коллективных страховок. Банк в таком случае сможет повысить ставку по кредиту.

Эти правила будут распространяться только на новые договоры страхования, заключенные после 1 сентября.

Должна повыситься и сама прозрачность условий страховок. Банки будут обязаны рассказать клиенту о размерах страховой премии, различных комиссиях. Также заемщики в случае досрочного погашения кредита смогут вернуть и часть оплаты за полис – за оставшийся период его действия. Перечислить ее ему будут обязаны в течение 7 рабочих дней.

Сейчас заемщикам после закрытия кредита удается вернуть деньги за страховку не всегда. Страховщики и суды отказывают им в этом, если возмещение по ней не зависело от долга по кредиту.

Они исходят из того, что полис продолжает действовать и после закрытия кредита, а застрахованный имеет право на выплаты при наступлении страхового случая.

И наоборот, шансы гражданина на успех в суде и возврат части затрат повышаются, если обязательным условием для выплаты по страховке было наличие долга по кредиту. При таких условиях наступление страхового случая и выплаты по полису становятся невозможным, указывают суды.

«Мы рассчитываем, что вступление в силу закона, который позволит заемщикам вернуть часть страховой премии при досрочном погашении кредита, положительно скажется на потребителях финансовых услуг, поскольку вернуть часть страховой премии станет проще», – говорит главный финансовый уполномоченный Юрий Воронин.

Служба главного финансового уполномоченного действует с 1 июня 2019 года и занимается досудебным урегулированием споров на финансовом рынке. С 28 ноября прошлого года в его компетенцию входит и рассмотрение споров по страхованию жизни. За все время деятельности финуполномоченного к 19 апреля 2020 года к нему поступило 2540 обращений из-за страхования жизни.

«Наибольшее количество обращений – 1480 или 60,4% – пришлось на споры, связанные с возвратом страховой премии при расторжении договора страхования.

На втором месте споры, касающиеся отказа в выплате страхового возмещения (302, или 12,3%), на третьем – нарушение срока выплаты страхового возмещения (111, или 4,5%)», – говорит главный финансовый уполномоченный Юрий Воронин.

При этом, по его словам, по результатам рассмотрения обращений по страхованию жизни принято 441 решение, из них в 109 случаях (24,7%) требования потребителей финансовых услуг удовлетворены. Больше всего решений – 55,6% – было связано с возвратом страховой премии при расторжении договора страхования.

Читайте также:  Срок годности газового баллона и условия хранения при эксплуатации, в том числе при использовании композитного: как узнать период службы, где дата выпуска?

Невыгодное досрочное погашение

Однако реализация новелл о возврате части затрат на «коллективную» страховку при досрочном погашении кредита, когда «период охлаждения» давно истек, может расстроить россиян. Из стоимости страховки вычтут часть страховой премии, пропорционально времени действия полиса, а также могут минусовать расходы страховщика, банковские комиссии.

«У некоторых кредиторов размер агентской комиссии за подключение к коллективному договору страхованию составляет до 90% от стоимости продукта», – говорит Евгения Лазарева.

В результате на руки клиент получит сильно меньше того, что заплатил, и одновременно он потеряет возможность быть застрахованным на значительную сумму. Такой шаг может оказаться для него бессмысленным и невыгодным.

Вопросы могут возникнуть у граждан и при рефинансировании потребительских кредитов. Процедура аналогична простому получению кредита, а потому чаще всего сотрудники банка предложат при условии оформления полиса ставку более выгодную, чем без него. При этом страховка, оформленная при получении старого займа, вряд ли банк устроит.

«В теории выгодопроиобетателя при рефинансировании кредита можно заменить. Но на практике это достаточно сложная и невыгодная для банков процедура. Поэтому кредиторы идут на это только в случае рефинансирования своих собственных кредитов, а заемщики покупают новую страховку, если рефинансируются в другом банке», – говорит Евгения Лазарева.

С учетом того, что нередко полисы оформляются сразу на весь срок кредита, то в результате на руках у человека может оказаться сразу две страховки, если от первой он не отказался.

Эксперты сходятся в одном: чтобы минимизировать риск возникновения спора с банком или страховой компанией, перед подписанием документов их нужно внимательно читать.

«Мы рекомендуем потребителям в обязательном порядке до заключения кредитного договора знакомиться с условиями банков, изучить внимательно все предложения и выбрать наиболее выгодное для себя.

Не стоит соглашаться на первое возникшее предложение», – говорит Евгения Лазарева.

Право на отказ от договора возмездного оказания услуг на условиях «Бери или Плати»

Юридическая компания «Пепеляев Групп» сообщает о рассмотрении Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда РФ вопроса о праве заказчика по договору возмездного оказания услуг отказаться от договора, содержащего условие «Take or Pay»[1].

Общество (Оператор) и Компания (Заказчик) заключили Договор, по условиям которого оператор гарантировал заказчику за согласованное вознаграждение осуществить комплекс работ и услуг в отношении экспедирования, перевалки, хранения и накопления каменных углей, перемещаемых за границу РФ, а также выполнять другие работы и услуги в процессе перевалки.

Компания обязалась своевременно предъявлять Оператору уголь для перевалки в соответствующих объемах в рамках условия «Take or Pay» и оплатить вознаграждение. Под термином «Take or Pay» стороны договорились понимать (1) обязательство Заказчика по отгрузке гарантированного годового объема угля (2) обязанность Заказчика оплатить стоимость перевалки непоставленного объема угля.

Заказчик освобождался от обязательства «Take or Pay» в части объема угля, не предъявленного к перевалке не по его вине. На недопоставленный по вине Заказчика объем угля насчитывалась неустойка по ставке перевалки. Заказчик был вправе расторгнуть Договор только в случае нарушения Оператором ряда обязательств (например, обязательств по своевременной приемке груза).

В этом случае Заказчик освобождался от обязательства по условию «Take or Pay».

Компания, сославшись на положения ст. 782 ГК РФ[3], уведомила Оператора об отказе от Договора.

Оператор, в свою очередь, оспорил данный отказ в суде, ссылаясь на его незаконность. Суд первой инстанции иск Оператора удовлетворил, установив, что сторонами заключен смешанный договор. По мнению суда, это исключало возможность применения к отношениям сторон по Договору норм главы 39 ГК РФ о договоре возмездного оказания услуг и ст. 782 ГК РФ в частности. Суд апелляционной инстанции решение отменил, в удовлетворении иска отказал. Суд счел, что спорный Договор по своей правовой природе является договором возмездного оказания услуг. Поэтому Заказчик правомерно воспользовался правом на немотивированный односторонний отказ от исполнения Договора, предоставленным ему императивной нормой ст. 782 ГК РФ. Ограничение данного права соглашением сторон не допускается. Сославшись на положения п. 3 ст. 421, абз. 1 ст. 806, ст. 904 и п. 1 ст. 782 ГК РФ, суд отметил, что даже при квалификации Договора как смешанного, содержащего элементы договоров экспедирования, хранения и др., нормативное регулирование каждого из этих элементов позволяло Заказчику немотивированно отказаться от Договора в одностороннем порядке. Договорная конструкция «Take or Pay», предусматривающая обязанность одной стороны принять и оплатить услугу в установленном минимальном объеме, а при нарушении пределов исполнения уплатить неустойку, не регулируется российским законодательством. Ее цель – уменьшение рисков и финансовых потерь исполнителя. Данная договорная конструкция не ограничивает право Заказчика на отказ от Договора. Негативные же последствия, которые могут возникнуть у Оператора в результате отказа Заказчика от Договора, подлежат устранению не через признание одностороннего отказа недействительным, а иными способами, предусмотренными в законе, в частности, через возмещение фактических расходов, понесенных в целях исполнения Договора.

Суд кассационной инстанции с приведенными доводами согласился.

Пожалуй, впервые в судебной практике суд довольно подробно рассмотрел элементы условия «Take or Pay», указав среди прочего на следующее:

  1. По своей правовой природе условие «Take or Pay» состоит из двух обособленных, но тесно связанных между собой обязательств:
    • Первое обязательство («take» или «бери») предполагает наличие у Заказчика субъективного права получить от Оператора определенный объем исполнения за конкретный период времени, а Оператор обязан это исполнение предоставить.
    • В рамках второго обязательства («Pay» или «плати») Заказчик обязан уплатить сумму, даже если он не получил исполнение от Оператора. Заказчик в этом случае получает встречное предоставление в виде дополнительных преимуществ, имеющих самостоятельную стоимость, например, резерв производственных мощностей под его нужды, внеочередное и гарантированное обслуживание в любое время, изъятие с рынков сбыта определённых объёмов услуг (товаров, работ) исполнителя специально под заказчика и т.д.
  2. Отказ Заказчика от Договора – это волеизъявление Заказчика (i) прекратить на будущее свое право в рамках обязательства «бери» и (ii) освободить исполнителя от обязанности. Ограничение Заказчика в праве на немотивированный отказ от исполнения Договора недопустимо. Это противоречит как нормативному регулированию (п. 1 ст. 782 ГК РФ), так и самой сути правоотношений сторон, поскольку ни закон, ни Договор не могут понудить Заказчика вопреки его воле получать услуги Оператора.
  3. Отказ Заказчика от права получать услугу (обязательство «бери») сам по себе не устраняет денежные обязательства Заказчика по отношению к Оператору (обязательство «плати»). Иная ситуация означала бы допустимость подхода «заплачу, если захочу».
  4. В рамках договорной модели «Take or Pay» при отказе Заказчика от получения характерного предоставления (от обязательства «бери») исполнение им обязанности в рамках обязательства «плати» может быть оценено как плата за отказ от договора (п. 1 ст. 6, п. 3 ст. 310 ГК РФ).
  5. Отказ Заказчика от Договора не нарушал имущественные права Оператора, в связи с чем не имелось оснований для признания этого отказа недействительным.
  6. Возмещение фактических расходов Оператора, понесенных в целях исполнения Договора, как это предусмотрено п. 1 ст. 782 ГК РФ, не является единственно возможным способом устранения негативных последствий для Оператора от расторжения Договора. Такой подход не учитывает договоренности сторон и согласованную ими модель взаимоотношений (условие «Take or Pay»).
  • В очередной раз подтверждена позиция, что право на односторонний отказ от договора возмездного оказания услуг, предусмотренное п. 1 ст. 782 ГК РФ, императивно и не может быть ограничено соглашением сторон договора.
  • Стороны договора возмездного оказания услуг вправе договориться об иных последствиях отказа от договора. Возмещение фактических расходов Оператора, понесенных в целях исполнения Договора, как это предусмотрено п. 1 ст. 782 ГК РФ, не является единственно возможным способом устранения негативных последствий для Оператора от расторжения Договора.
    • Стороны вправе установить условие о внесении заказчиком платы за отказ от договора (п. 3 ст. 310 ГК РФ), что соответствует разъяснениям, изложенным в абз. 3 п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».
  • Условие «Take or Pay», предусматривающее обязанность заказчика (покупателя) выплатить исполнителю (поставщику) определенную денежную сумму даже в том случае, если он не воспользуется заказанными у заказчика услугами, не противоречит закону и представляет собой плату за отказ от договора.
    • Право на односторонний отказ от договора возмездного оказания услуг, предусмотренное п. 1 ст. 782 ГК РФ, данное условие не ограничивает.
    • Существенным элементом условия «Take or Pay» является получение заказчиком, помимо собственно услуг (товаров) от исполнителя (поставщика), определенного встречного предоставления в виде дополнительных преимуществ, имеющих самостоятельную стоимость[4].

Возникает вопрос о том, в какой мере изложенные выше выводы Верховного Суда РФ (с учетом вновь подтвержденной императивности п. 1 ст. 782 ГК РФ) соотносятся с разъяснениями, приведенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ об обязательствах и их исполнении». Напомним, в указанном Постановлении (абз. 2 п. 15) разъясняется, что включение в договор условия о выплате денежной суммы в случае осуществления стороной права на односторонний отказ от договора не допускается, если такое право установлено императивной нормой. Такое условие договора противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (п. 2 ст. 168 и ст. 180 ГК РФ) и, соответственно, ничтожно. Данный аспект не был предметом рассмотрения Судебной коллегии. Несмотря на то, что Верховный суд фактически признал допустимость условий «Take or Pay» в договорах возмездного оказания услуг, дав свое видение правовой природы и основных элементов такой договорной конструкции, остаются вопросы применения на практике таких условий. Такие вопросы не сводятся лишь к расхождениям в текущей позиции

Судебной коллегии с ранее принятым Постановлением Пленума ВС РФ от 22.11.2016 № 54[6].

С нашей точки зрения, рассматриваемый судебный акт не исключает сложностей в вопросе получения судебной защиты по условиям об обязанности заказчика внести плату за односторонний немотивированный отказ от договора на основании п. 1 ст. 782 ГК РФ. При согласовании соответствующих условий в договорах следует максимально просчитывать разные сценарии развития событий в долгосрочных договорных отношениях. Специалисты компании «Пепеляев Групп» готовы оказать комплексную правовую поддержку компаниям и индивидуальным предпринимателям по вопросам, связанным с подготовкой договоров, оценкой действительности их условий, выработкой наиболее оптимальных правовых конструкций в конкретных обстоятельствах.

Мы также готовы оказать иную правовую поддержку, в том числе в рамках разрешения спорных ситуаций и досудебного урегулирования споров, в переговорах с контрагентами, в подготовке договоров и соглашений, сопровождением судебного разбирательства в арбитражных судах всех уровней, а также предоставить рекомендации по выбору оптимальных решений для бизнеса по любым вопросам коммерческого и корпоративного права.

Читайте также:  Откуда письмо по номеру извещения: как узнать отправителя на сайте почты России, как посмотреть и проверить от кого пришла заказная корреспонденция?

[1] Условие «Take or Pay» («Бери или плати») предусматривает обязанность заказчика выплатить исполнителю определенную денежную сумму даже в том случае, если он не воспользуется заказанными у исполнителя услугами.

[2] Определение СКЭС ВС РФ от 20.08.2021 по делу № А40-328885/2019.

[3] Согласно п. 1 ст. 782 ГК РФ заказчику предоставлено право отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

[4] Таковыми, в частности, могут быть гарантированный резерв производственных мощностей под нужды заказчика, его внеочередное и гарантированное обслуживание в любое время, изъятие с рынков сбыта определённых объёмов услуг (товаров, работ) исполнителя специально под заказчика, снижение цены по сравнению с обычными заказчиками, фиксация цены на длительный срок, приспособление производственной базы исполнителя под нужды заказчика, в том числе посредством капиталовложений в ее реконструкцию, и т.п.

[5] Экономическая коллегия ВС РФ по этому вопросу не высказалась.

[6] К примеру, если считать обязанность заплатить (даже при отсутствии востребованных услуг) платой за отказ от договора и будет доказано очевидное несоответствие размера платы неблагоприятным последствиям, вызванным отказом от договора, а также заведомо недобросовестное осуществление права требовать ее уплаты в этом размере, в ее взыскании может быть отказано полностью или частично (п. 2 ст. 10 ГК РФ, абзац 2 п. 16 Пленума ВС РФ от 22.11.2016 № 54).

Плата за отказ от договора (Салтыков А.И.)

Дата размещения статьи: 05.09.2017

Каким образом можно увеличить шансы на взыскание компенсации за отказ от исполнения договора по инициативе одной из сторон? 

Во многих гражданско-правовых договорах с длящимся исполнением (аренда, наем, оказание услуг и др.) стороны предусматривают условие об уплате штрафа за досрочный отказ от него по инициативе одной из сторон.

По сути они имеют в виду отступное, поскольку согласованная денежная сумма подлежит выплате взамен исполнения договора, в то время как неудачная формулировка о неустойке всегда выступает причиной для соотнесения заявленной суммы с выяснением вопроса о соразмерности санкции последствиям нарушения обязательства.

Суд, скорее всего, признает недопустимым установление платы за отказ от договора в размере полной стоимости всего вознаграждения по договору или большей его части, т.е.

практически за весь период действия расторгаемого договора (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.11.2014 N Ф05-12254/14).

Данное условие следует поместить в раздел об оплате, чтобы у суда оно не ассоциировалось с мерой ответственности в отношении заказчика.

В этом случае к заявленной исполнителем сумме компенсации не будут применены положения ст. 333 ГК РФ о снижении неустойки в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушенного обязательства.

Такое условие об ответственности за отказ от договора суд посчитает недействительным, поскольку отказ от договора в любом случае является правомерным действием, в то время как неустойку можно устанавливать только на случай нарушения обязательства (Постановление ФАС Уральского округа от 02.06.2014 N Ф09-2951/14).

Право заказчика на односторонний отказ от договора нельзя обеспечить неустойкой, поскольку он может реализовать его в любой момент.

Между тем в судебной практике можно встретить подход, в силу которого в предпринимательской сфере отсутствуют основания для защиты интересов слабой стороны.

Стороны договора свободны при выборе вида компенсации за отказ от договора, поэтому они не лишены возможности согласовать неустойку на случай отказа от договора.

В этой ситуации неустойка по сути выполняет функцию отступного взамен исполнения обязательства (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 19.02.2014 N Ф07-10413/2013).

Включением в договор рассматриваемого условия стороны в соответствии со ст. 329, 330 и 421 ГК РФ определили порядок его расторжения на основании немотивированного волеизъявления любой из сторон, что не противоречит закону.

Даже если компенсация за отказ от договора поименована как штраф, это не меняет ее сути, которая состоит не в привлечении к ответственности стороны, решившей досрочно отказаться от договора, а, напротив, предоставляет возможность расторгнуть договор без объяснения причин, но с условием выплаты компенсации.

Выбор соответствующей модели поведения остается за самими сторонами (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.02.2016 по делу N А40-182226/2014).

Не меняет природы платы за отказ от договора как ее указание изначально в качестве штрафа, так и такое условие, как удержание ранее внесенной денежной суммы (обеспечительного платежа, задатка, аванса и др.) в качестве штрафа за досрочное расторжение договора.

Поскольку закон предусматривает любые предусмотренные законом или договором способы обеспечения исполнения обязательств, не имеется оснований для признания недействительным условия договора о взимании платы за досрочный отказ от него в любом виде. Такое договорное условие гарантирует законные интересы стороны, которой заявлено требование о досрочном расторжении договора (п.

4 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2016), утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 13 апреля 2016 г.).

Необходимо учитывать, что некорректная формулировка условия о неустойке за отказ от договора чревата для кредитора тем, что суд в случае спора может счесть, что отсутствуют основания для его применения. Так, в одном деле стороны заключили предварительный договор о заключении в будущем договора купли-продажи имущества.

Они установили в нем положение о том, что в случае отказа продавца от заключения основного договора покупатель будет вправе взыскать с него неустойку, которая в 7 раз превысит согласованную цену имущества.

Поскольку продавец уклонился от заключения договора, покупатель обратился с иском в суд о его понуждении к его заключению, и суд его иск удовлетворил.

Оценивая его требования к продавцу о взыскании неустойки, суд посчитал их необоснованными.

Соотношение определенных предварительным договором цены спорного здания и размера неустойки, превышающего цену более чем в 7 раз, а также включение в договор условия об уплате неустойки только продавцом в случае отказа от заключения основного договора свидетельствует о том, что она была установлена сторонами исключительно на случай, если основной договор не будет заключен ни в добровольном, ни в судебном порядке, в целях компенсации покупателю возможных убытков.

Учитывая, что стороны заключили договор купли-продажи спорного здания, а значит, предварительный договор был ими исполнен, отсутствовали основания для взыскания с продавца предусмотренной предварительным договором неустойки.

Для того чтобы не допустить такого истолкования договорного условия, сторонам следует формулировать его недвусмысленным образом. В предварительном договоре, например, стороны могут указать, что неустойка в том или ином размере подлежит уплате в случае отказа продавца от заключения основного договора.

Заключение основного договора по решению суда по требованию покупателя не освобождает продавца от уплаты неустойки (Постановление Президиума ВАС РФ от 12.02.2013 N 13585/12).

Несмотря на наличие отдельных положительных судебных решений, в судебной практике преобладает позиция о невозможности взыскания неустойки в случае одностороннего отказа от договора.

Неустойка имеет дуалистическую правовую природу, являясь способом обеспечения исполнения обязательств и одновременно мерой ответственности за его нарушение.

В случае когда право на односторонний отказ от договора изначально предусмотрено законом, его реализация всегда выступает правомерным действием, поэтому здесь нечего обеспечивать и не за что привлекать к ответственности (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 02.06.2015 N Ф06-23363/2015).

В одном деле суд указал, что согласование в договоре условия о неустойке, подлежащей взысканию с заказчика только исключительно за досрочное расторжение договора в одностороннем порядке, противоречит правовой природе неустойки как меры ответственности, применяемой за нарушение гражданских прав.

Досрочное прекращение договорных отношений в случаях, установленных законом или договором, само по себе не может быть квалифицировано как нарушение обязательства и не может быть квалифицировано как основание для возникновения у стороны обязанности нести ответственность за досрочное прекращение договора (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.06.2016 N Ф05-5662/2016).

В нашей практике был случай, когда в заключенном договоре найма жилого помещения стороны предусмотрели, что при расторжении договора по инициативе наймодателя он обязан выплатить штраф в размере месячной ставки платы за проживание в квартире.

Наймодатель воспользовался своим правом на расторжение договора, но стороны подписали дополнительное соглашение, в котором зафиксировали, что он прекращается именно по указанному основанию.

В такой ситуации нанимателю, помимо необходимости обосновать правомерность взыскания неустойки за отказ от договора, также необходимо было доказать, что у него возникло право на ее получение.

Это было связано с тем, что неустойку, как следовало из буквального содержания соответствующего условия договора, стороны согласовали именно на расторжение договора по инициативе наймодателя, что предполагает совершение им односторонней сделки.

Заключение соглашения по этому поводу может быть расценено как согласованное волеизъявление сторон на прекращение договора. Указание на изначально имевшую место инициативу наймодателя не меняет ситуацию, притом что стороны в самом соглашении не оговорили право нанимателя на получение неустойки, определив тем самым порядок прекращения сотрудничества.

В защиту позиции нанимателя можно привести следующие аргументы.

Неустойка была согласована именно за расторжение договора по инициативе наймодателя, что нашло отражение в тексте заключенного соглашения о прекращении договора.

Стороны могли заключить его без включения в него условия об основании расторжения, однако они его указали и подписали документ без каких-либо возражений, признав тем самым изложенные в нем обстоятельства.

Поскольку неустойка установлена договором именно за его прекращение по инициативе наймодателя, не имеет принципиального значения, в какую форму его облекли стороны: заключение подписанного обеими сторонами соглашения вместо совершения наймодателем односторонней сделки.

Оформление прекращения договора путем заключения двустороннего соглашения не меняет соответствующее основание, в отличие от ситуации, если бы стороны подписали соглашение без включения в него такого условия.

Это свидетельствовало об отсутствии у нанимателя права на взыскание неустойки.

Поскольку наниматель был поставлен в известность наймодателем о его желании отказаться от договора, следовало не подписывать с ним никаких соглашений и дождаться получения уведомления. Кроме того, изначально при согласовании условий заключаемого договора ни в коем случае не следовало компенсацию за отказ от договора формулировать как неустойку.

Это автоматически ставит сразу два вопроса: о ее правомерности и о возможности снижения на основании ст. 333 ГК РФ. Для увеличения шансов на взыскание компенсации ее следует обозначить как отступное, поскольку доминирующей позицией в судебной практике является невозможность установления неустойки на случай отказа от договора об оказании услуг.

Возможность согласования сторонами договора об оказании услуг иного режима отказа от договора не означает правомерность установления санкции (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 05.11.2003 по делу N Ф04/5661-819/А67-2003).

Именно поэтому включать условие о компенсации за отказ от договора всегда следует в раздел об оплате и формулировать именно как плату — компенсацию в виде части установленной цены. Плату суд не сможет снизить на основании ст.

333 ГК РФ, в отличие от неустойки.

Литература 

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *